«Филиппинские острова, 1493–1898 — Том 34 из 55»

Juan Sebastian de Elcano captain

Francisco Albo pilot

Miguel Rodas master

Juan de Acurio boatswain

Martin de Yudicibus merino

Hernando de Bustamente barber

Aires gunner

Diego Gallego sailor

Nicolao de Nápoles sailor

Miguel Sanchez de Rodas sailor

Francisco Rodriguez sailor

Juan Rodriguez de Huelva sailor

Anton Hernandez Colmenero sailor

Juan de Arratia common seaman

Juan de Santander common seaman

Vasco Gomez Gallego common seaman

Juan de Zubileta boy

Antonio Lombardo sobresaliente

Ср. список, приведенный Гильемаром («Магеллан», стр. 337, 338), который пытается исправить различные списки и который показывает несколько отличий от списка Наваррете. Наваррете (ut supra, т. IV, стр. 96, 97), основывая свое утверждение на Эррере, говорит: «Среди индейцев, которые благополучно достигли земли и желали увидеть императора и эти королевства, был один настолько проницательный, что его первым действием было спросить, сколько реалов составляет один дукат, сколько мараведи составляет один реал и сколько перца дают за один мараведи, узнавая от лавки к лавке о стоимости пряностей. Это послужило причиной того, что он не вернулся в свою страну, хотя остальные вернулись». См. также «Магеллана» Гильемара, стр. 296.

646 Стоимость пряностей, доставленных в Испанию «Викторией», превысила стоимость остальных четырех судов и всего их оснащения примерно на 200 фунтов стерлингов. Груз состоял из гвоздики, корицы, мускатного ореха, мускатного цвета и сандалового дерева. «Виктория» впоследствии совершила одно благополучное плавание на Кубу, но погибла во втором. См. «Магеллана» Гильемара, стр. 297, 310.

647 Иден (стр. 262) говорит, что по высадке они пошли воздать благодарность «всемогущему богу, который благополучно привел их в их собственную страну и вернул их к их женам и детям».

648 Отчет о путешествии, представленный Пигафеттой императору, вероятно, был лишь его краткими записями, сделанными изо дня в день, а вовсе не тем повествованием, которое публикуется здесь. Известно, что это повествование было составлено после возвращения Пигафетты в Италию. Стэнли (стр. xiv, приложение) приводит оригинальное прошение, поданное Пигафеттой дожу и совету Венеции с просьбой разрешить напечатать его повествование. Его перевод таков:

«1524 год, август месяц.

«Светлейший князь и ваши превосходительства:

«Прошение мое, Антонио Пигафетты, венецианского рыцаря Иерусалимского, который, желая увидеть мир, плавал в прошлые годы на каравеллах его Цесарского Величества, отправившихся открывать острова в новых Индиях, где растут пряности. В том путешествии я обогнул весь мир, и поскольку это подвиг, который никто [ранее] не совершал, я составил краткое повествование обо всем сказанном путешествии, которое желаю напечатать. С этой целью я прошу, чтобы никто не печатал его в течение 20 лет, кроме меня самого, под страхом для того, кто напечатает его или привезет сюда, если оно напечатано в другом месте, штрафа в три лиры за экземпляр, помимо конфискации книг. [Я прошу] также, чтобы исполнение [наказания] могло быть возложено на любого магистрата этого города, который будет проинформирован об этом; и чтобы штраф был разделен следующим образом: одна треть — арсеналу вашей Светлости, одна треть — доносчику и одна треть — тем, кто его наложит. Я смиренно вверяю себя вашей доброте. 5 августа». Далее следует регистрационный номер.

649 Рамузио говорит, что Пигафетта подарил одну из своих книг регенту Луизе и что она велела перевести ее на французский язык Жаку Фабру (см. том по библиографии в конце этой серии). Стэнли ошибается в своем предположении, что рукопись 22224 Национальной библиотеки является вышеупомянутой копией, поскольку она на самом деле даже более поздняя, чем рукопись 5650.

650 The signature in MS. 5,650 is “Anthoyne Pigaphete.”

ОПИСАНИЕ ФИЛИППИН

Чао Ю-куа, китайский чиновник и географ, ок. 1280 г.

Источник: Этот документ взят из филиппинской газеты Periódico Hebdomadario Escolar, выпуск от 9 ноября 1901 года.

Перевод: Выполнен Джеймсом Александром Робертсоном.

ОПИСАНИЕ ФИЛИППИН ЧАО Ю-КУА

[Следующее описание переведено с копии Periódico Hebdomadario Escolar (т.е. «Еженедельная газета студентов») от 9 ноября 1901 года, являющейся № 6 по порядку выпуска этой газеты. Она была опубликована там Клементе Дж. Зулуэтой (ныне покойным), тогдашним профессором истории, а позже занимавшимся архивными исследованиями в Испании для филиппинского отделения правительства Соединенных Штатов, человеком, обладавшим реальными способностями. Он сам сообщил нам о существовании этой публикации; копия газеты, которая является редкой, была предоставлена нам Джеймсом А. Лероем. Редакционное примечание в начале главы гласит следующее: «Поскольку мы считаем это важным для исторической, или, скорее, доисторической картографии Филиппин, мы переписываем следующие строки, которые являются испанским переводом главы XL географии китайского писателя Чао Ю-куа. Профессор Блументритт перевел ее с английского, а доктор Хирт перевел непосредственно на английский язык рукопись Чао Ю-куа [ок. 1891], который, по словам Блументритта, процветал в XIII веке — то есть за три столетия до экспедиции Магеллана». Наши поиски перевода доктора Хирта не увенчались успехом, и мы поэтому вынуждены перевести перевод Блументритта. Относительно этого перевода нам предоставлена следующая информация в письме Джеймса А. Лероя от 27 января 1904 года: «Зулуэта владеет оригиналом письма и переводом этой главы, написанным Фердинандом Блументриттом и отправленным Ризалю, когда последний находился в изгнании в 1894 году. Блументритт сделал аннотации к главе, что подтверждается его письмом. В своем письме Ризалю, прилагая перевод главы, Блументритт сообщает Ризалю, что в предыдущем году (1893) его друг в Мадриде опубликовал (как или где, не сказано) его поспешно сделанную версию этой главы с поспешными примечаниями, которую он отправил этому другу для его личного использования в изучении доисторических Филиппин, но не имел представления, что она будет использована независимо». Испанская версия с параллельным английским переводом появилась в Revista historica de Filipinas (т.е. «Филиппинский исторический обзор») за июнь 1905 года (том 1, № 2), подписанная П. Л. Стангом. Его версия отличается от версии Блументритта, данной Зулуэтой, будучи разделенной на две главы — XL, называемую «Ма-йи», и XLI, называемую «Сан-Сюй». Мы, однако, предпочли использовать версию Зулуэты, так как не знаем, откуда произошла версия Станга. Мы прилагаем примечания Блументритта, сопровождающие версию Зулуэты, подписывая такие примечания «Б.»]

ГЛАВА XL

Ма-йи

Страна Ма-йи расположена к северу от Пони. Около тысячи семей населяют берега реки, которая имеет много изгибов. Туземцы одеваются в полотно, нося одежду, похожую на простыни; или они покрывают свои тела саронгами. В густых лесах разбросаны медные статуи Будды, но никто не может сказать о происхождении этих статуй. Пираты редко посещают эти районы. Когда [китайские] торговые суда прибывают в этот порт, они бросают якорь в месте [называемом] местом Мандаринов. Это место служит им рынком или площадкой, где обмениваются продуктами их стран. Когда судно входит в порт, (его капитан) предлагает подарки, состоящие из белых зонтов от солнца и зонтиков, которые служат им для повседневного использования. Торговцы обязаны соблюдать эти любезности, чтобы иметь возможность рассчитывать на расположение этих господ.

Для торговли собираются дикие торговцы и приносят товары в корзинах, и хотя носильщики часто неизвестны, ни один из товаров никогда не теряется и не крадется. Дикие торговцы перевозят эти товары на другие острова, и так проходит восемь или девять месяцев, пока они не получат другие товары, эквивалентные по стоимости тем, что были получены [от китайцев]. Это вынуждает торговцев судна откладывать свой отход, и поэтому случается, что суда, поддерживающие торговлю с Ма-йи, дольше всех возвращаются в свою страну.

Наиболее примечательными местами этой страны являются: Сан-Сюй; Пай-пу-йен; Пу-ли-лу, который расположен недалеко от Сан-Сюй; Ли-йин-тунг; Лин-хсин; и Ли-хан. Продуктами этой страны являются желтый воск, хлопок, жемчуг, раковины, орехи бетеля и джутовые [ю-та] ткани. Иностранные торговцы ввозят фарфор, коммерческое золото, железные вазы для благовоний, свинцовые предметы, стекло, жемчуг всех цветов и железные иглы.

Сан-Сюй, или «Три острова», принадлежат Ма-йи. Их названия: Ка-май-ен, Па-лао-ю и Па-чи-ненг. Каждый из этих островов населен своими собственными расами, которые разбросаны по ним. Но по прибытии судов туземцы собираются для торговли. Их общее название — Сан-Сюй. Их обычаи примерно такие же, как те, что соблюдаются в Ма-йи. Каждое племя состоит примерно из тысячи семей. Страна имеет много высоких холмов и скалистых утесов, которые поднимаются как гигантские стены. Дома жителей построены из бамбука. В высокогорном регионе страны мало источников, но женщины ходят к берегам ручьев и речушек, а оттуда обратно на гору, неся на головах два или три кувшина, наполненных водой, — груз, который их не беспокоит. Они поднимаются на гору с той же легкостью, как если бы они были на равнине. Внутренние долины населены расой, называемой Хэй-тан. Они низкого роста, имеют круглые желтые глаза, вьющиеся волосы, и их зубы отчетливо видны [показываясь] между губ. Они строят свои гнезда в развилках ветвей деревьев, и семья, обычно состоящая из трех-пяти человек, живет в каждом гнезде. Они бродят по дебрям чащоб и, невидимые для взора, пускают свои стрелы в прохожих. По этой причине их очень боятся. Когда торговец приносит им фарфоровый кувшин, они кланяются и берут его, а затем, издавая крики радости, убегают с ним.

Когда иностранные торговцы приходят в одну из их деревень, они не должны касаться земли, а должны оставаться на борту своего судна, которое стоит на якоре посреди течения, и объявлять о своем присутствии ударом барабана. После этого дикие торговцы приближаются на своих легких судах, в которых они везут хлопок, желтый воск, странную ткань, кокосовые орехи, лук и тонкие циновки, и все эти вещи они предлагают на продажу в обмен [на товары китайцев]. В случае недопонимания в цене товаров необходимо вызвать главу торговцев этого места, чтобы он явился лично и установил тариф к удовлетворению всех. Ввозимые объекты — это шелковые зонтики, фарфор и своего рода корзина, сплетенная из ротанга. Иностранные торговцы получают вдвое или втрое больше стоимости товаров, проданных на борту, чтобы это служило им залогом безопасности. Впоследствии иностранные торговцы высаживаются на берег и выполняют там свои контракты, а затем возвращаются на свое судно. Товары, заложенные туземцами, остаются на борту судна только три или четыре дня, а затем по истечении этого срока они возвращаются [на берег]. Затем судно посещает другую деревню дикарей, ибо прибрежные деревни Трех островов не имеют одной общей юрисдикции. Холмы защищают суда от ветров во время северо-восточного муссона. Но когда начинается юго-западный муссон, удары волн о берег настолько сильны, что образуются большие течения, которые не позволяют судам оставаться на якоре. Это причина, по которой те, кто поддерживает торговлю с Тремя островами, задерживают свое возвращение на четыре или пять месяцев. Ввозятся фарфор, черный дамаст и другие шелковые ткани, жемчуг различных цветов, свинец, рыболовные сети и олово. Пу-ли-лу находится недалеко от Трех островов. Его деревни очень густо населены, но его жители очень жестоки и склонны к пиратству. Море полно рифов и мелей, а пляж имеет скалы, которые изрезаны, как сухое дерево, и их концы очень острые, как у мечей и копий. Чтобы суда могли достичь этой страны, они выбирают длинный и окольный путь, чтобы избежать этих мелей. Там есть кораллы, но добыть их очень трудно. Популярные и торговые обычаи такие же, как те, что существуют на Трех островах.

«India tercera nova tabula» — карта Восточного архипелага; из издания «Географии» Птолемея Маттиоло (Venetia, M. D. LXVIII)

[Из копии этой работы, находящейся во владении Фрэнка А. Хатчинса, Мэдисон, Висконсин]

1 Нет прямых указаний на время, в которое жил Чао Ю-куа, но его имя упоминается в Императорском каталоге, откуда следует, что он, вероятно, происходил от какого-то члена императорской семьи династии Сун, чье настоящее имя было Чао; и что он родился после начала второй половины XII века. Он был инспектором соляного налога в провинции Фуцзянь, и его титул, вероятно, был Ши-по, что означает «Суперинтендант морской торговли». Поскольку эта должность существовала в Фуцзяни только в течение 1277–1287 годов, вероятно, что эти даты определяют период жизни Чао Ю-куа. Его работа называется «Чжу-фан-чжи», и большая часть его заметок — это копии из более старых записей. Его положение, однако, давало ему возможность лично собирать информацию от торговцев, которые бросали якорь в его порту. В то время китайские порты посещало больше иностранных торговцев, чем когда-либо до или после, и собирать информацию было сравнительно легко. «Чжу-фан-чжи» содержит больше географической информации, чем придворные записи. См. Ф. Хирт, «Китай и римский Восток» (Лейпциг и Мюнхен; Шанхай и Гонконг, 1885), стр. 21–25.

2 «Ма-йи», древнее название Лусона, происходит от «Бахи» или «Бахи», бывших названий озера Бай. В других китайских диалектах название дается как «Ма-йит», «Ба-хи» или «Ба-йит». Поскольку главные тагалы Булакана во время завоевания носили титул «Гат-майтан», я делаю вывод, что название «Ма-йи» могло вполне разумно происходить от древнего названия Булакана, ибо эта провинция всегда была самым богатым районом Лусона. Весь Филиппинский архипелаг назывался «Ма-йи» китайским автором. Доктор Хирт также говорит, что китайский иероглиф «Ма-хи» также может читаться как «Мо-ят», «Ба-эк», «Ма-и», «Ма-йек» и т. д. — Б.

3 Древнее китайское название острова Борнео. — Б.

4 Вероятно, река — это Пасиг, а поселение — Манила. — Б.

5 Саронг — это малайское слово, означающее юбку. — Б.

6 Это подтверждает утверждение, что Филиппинские острова когда-то находились под влиянием буддизма из Индии. — Б.

Гораздо более вероятно, что такие изображения продавались китайцами суеверным людям и что буддизм никогда не имел никакой опоры и никогда не был внедрен на Филиппинах; несмотря на убеждение П. Л. Станга, что буддизм был внедрен на Филиппины с Явы.

7 Китайцы называют всех иностранцев дикарями, кроме японцев, корейцев и жителей Анама. — Б.

8 Сан-Сюй означает «Три острова» и приписывается Висайским островам. Пай-пу-йен — это, возможно, Бабуянские острова. Пу-ли-лу может быть Минданао; Ли-йин-тунг — Лингаен; Лин-хсин звучит как Лин-хсинг (называемый Лин-сунг Стангом), китайское название, соответствующее их названию современного Лусона. Однако Лин-хсин, по-видимому, является китайским названием Калилаи (современный Таябас). Ли-хан — это примитивное китайское название нынешнего Малолоса, чьи князья носили титул «Гат-Салихан» или «Гат-Салиан». — Б.

9 Станг полагает, что желтый воск — это ароматическая смола, напоминающая воск, и несколько похожая, но не совсем такая же, как белая смола, и сегодня продаваемая на Минданао под названием желтого воска.

10 т.е. черепаховый панцирь. — Б.

11 Ю-та, по-видимому, является абакой. — Б. Станг печатает «йи-та».

12 Монеты Сиама и Явы? Ибо представляется, что такие монеты имели хождение в стране. — Б.

Станг читает вторую половину этого примечания: «Но как они получили хождение в стране?» Вероятно, коммерческое золото было в форме золотого песка или золотых украшений. Если в стране и были какие-либо яванские или сиамские золотые монеты (а это крайне маловероятно), они должны были быть привезены туда китайцами, которые были проницательными торговцами, рано проникшими во все части восточных архипелагов.

13 Станг вставляет здесь «железные приспособления» [enseres de hierro].

14 Следующий абзац начинает главу XLI у Станга.

15 Ка-май-ен — это Маит или современный Миндоро; а Па-лао-ю — Парагуа. «Па-чи-ненг» также может читаться как «Па-кат-лунг» и «Ба-ки-лунг». По-видимому, это термин для настоящих висайцев, в то время как под названием Сан-Сюй понимаются висайцы в собственном смысле вместе с островами Миндоро и Палаван. — Б.

16 Я полагаю, что слово «племя» означает здесь деревню или поселение; ибо я думаю, что автор хотел сказать, что деревни обычно имели тысячу семей. — Б.

17 Эта фраза нуждается в объяснении. Индейцы привыкли окрашивать зубы в черный цвет, обычай, довольно распространенный среди многих малайских народов. Негритосы, напротив, не окрашивали их. — Б

В описании Чао Ю-куа Станг переводит «круглые глаза блестящего вида» вместо «круглые желтые глаза».

18 Эти «Хэй-тан» — это аэта, ита или негритосы современных авторов. Древность этого этнографического названия удивляет нас. Описание негритосов кажется написанным вчера. Китайский автор, говоря о гнездах негритосов, по-видимому, спутал их с домами, которые строятся сегодня в развилках ветвей деревьев некоторыми языческими племенами Минданао. — Б.

Мистер Джеймс А. Лерой в письме от 14 марта 1905 года говорит, что по крайней мере сомнительно, что негритосы когда-либо были древесными жителями в истинном смысле этого слова, т.е. строящими прочные, защищенные структуры, подобные тем, что у типичных древесных жителей. Негритосы действительно проводят часть своего времени в верхушках деревьев и часто охотятся на дичь таким образом. Вероятно, что древесные жители Филиппин — малайцы, хотя некоторые из них могут иметь примесь крови негритосов.

19 Это относится к индейцам, а не к негритосам. — Б.

20 У устья рек? — Б.

21 Под хлопком автор, очевидно, имеет в виду хлопчатобумажные ткани. — Б.

Это не обязательно так. Станг отмечает, что значение автора должно быть древесный хлопок, который называется капок, основывая свое утверждение на слове, которое используется, предположительно, в китайском языке. Хлопковое растение называется капас на Яве. По поводу древесного хлопка, «Перепись Филиппин», т. IV, стр. 120, говорит: «Вид древесного хлопка (Ceiba pentandra) встречается в диком состоянии на многих островах; хлопок бесполезен для прядения, так как волокно очень короткое, но он используется для изготовления подушек и других предметов».

22 Иностранная ткань: синамай [легкая ткань, сделанная из абаки] и другие ткани страны? — Б.

23 Камотес? — Б.

24 Автор подчеркивает тот факт, что висайские деревни не имели общей юрисдикции. Это, по-видимому, подразумевает, что несколько деревень на Лусоне находились под юрисдикцией одного короля или князя. — Б. Это не обязательно следует из этого.

25 Остров Минданао также был более густонаселенным во время испанского завоевания, чем сейчас. Острова Сарангани, на которых сейчас 1500 биланов и 100 мавров, были очень густо заселены последними в 1548 году, и у них там был большой форт на холме. — Б.

Но см. Т. IX, стр. 290, где оказывается, что ранние отчеты о населении Минданао были сильно преувеличены.

26 Согласно письмам иезуитских отцов Филиппин, существуют еще подобные побережья недалеко от Замбоанги, и такие, как описаны китайским автором. — Б.

27 Это напоминает нам об опасной и трудной навигации вдоль восточного и южного побережий Минданао, особенно недалеко от мыса Сан-Агустин. — Б.

ДОКУМЕНТЫ 1565–1576 гг.

Письмо Филиппу II. Гвидо де Лавесарис; 30 мая 1565 г.

Письмо Филиппу II. Андрес де Мирандаола; 1565 г.

Письмо Филиппу II. Гвидо де Лавесарис; 25 июля 1567 г.

Письмо Филиппу II от королевских чиновников. Гвидо де Лавесарис и другие; 26 июля 1567 г.

Письмо маркизу де Фальсесу. Мартин де Рада, O.S.A.; 8 июля 1569 г.

Письмо Филиппу II. Диего де Эррера, O.S.A.; 25 июля 1570 г.

Королевские сообщения Легаспи и касающиеся его. Филипп II; 6 августа 1569 г. — 29 августа 1570 г.

Письмо вице-королю Новой Испании. Франсиско де Ортега, O.S.A.; 6 июня 1573 г.

Августинские меморандумы. [Без подписи и даты, но, вероятно, составлены августинскими миссионерами, ок. 1573 г.]

Письмо вице-королю Новой Испании Мартину Энрикесу. Мартин де Рада; 30 июня 1574 г.

Письмо Филиппу II от королевских чиновников. Андрес Каучела и Сальвадор де Альдаве; 17 июля 1574 г.

Энкомьенды, назначенные Легаспи. Эрнандо Рикель; 2 июня 1576 г.

Источники: Все эти документы получены из рукописей в Archivo general de Indias, Севилья, за исключением последнего, который переведен из издания Пастельса «Labor evangélica» Колина, т. I, стр. 157, 158.

Переводы: Все они выполнены Джеймсом Александром Робертсоном, за исключением восьмого, который выполнен Генри Б. Латропом.

ПИСЬМО ГВИДО ДЕ ЛАВЕСАРИСА ФИЛИППУ II

Священное королевское католическое Величество:

Поскольку, когда дон Антонио де Мендоса, ваш вице-король Новой Испании, отправился в Перу, он приказал мне отправиться в те королевства Испании, чтобы проинформировать ваше Величество о делах, касающихся этого западного региона, будучи тем, кто понимал их и имел в них опыт, и прибыл в эти края в качестве вашего бухгалтера во флоте под командованием Руя Лопеса де Вильялобоса: я отправился в те королевства, чтобы поцеловать ноги вашего Величества, и дал максимально подробный отчет и информацию относительно островов и провинций этих краев, характера и численности людей, их торговли, средств заработка и образа [жизни]. Ваше Величество приказало немедленно снарядить флот для экспедиции; построить корабли и подготовить для этого необходимые вещи в море к западу от Новой Испании. Я занимался этой работой и отправкой с момента моего возвращения; также, как только я вернулся в Новую Испанию, я отправился по приказу вашего вице-короля той страны, дона Луиса де Веласко, исследовать побережье и порты Флориды, куда мне пришлось отправиться впоследствии, когда отплыл флот, командующим которого был дон Тристан де Арельяно. После моего возвращения из той экспедиции я продолжил отправку и оснащение этого флота, в чем занимался весьма усердно. Когда он был полностью готов к выходу в море, я погрузился на него как ваш казначей. Когда я был в Испании, ваше Величество назначило мне четыреста песо де минас, выплачиваемых по квитанциям в Новой Испании. Но они были плохо собраны, и нет таких, из которых я мог бы получить оплату. Я смиренно умоляю ваше Величество приказать выплатить мне из королевской казны на содержание моей жены и семьи, которых я оставил в Мексике. Помимо этого, как хорошо известно вашему Величеству, когда я покинул Индию, я привез перец и вывез имбирь из Индии с очень большим риском из-за указов и наказаний, принятых и наложенных светлейшим королем Португалии, которые исполняются без снисхождения к нарушителям. Перец был потерян, но сегодня в вашей Новой Испании есть большое количество имбиря, все из которых произошло от корней, которые я привез туда с целью и замыслом, чтобы ваши королевства могли пользоваться столькими прибылями и общим пользованием. Я общался по этому поводу с доном Франсиско де Мендосой, прося его договориться с вашим Величеством, чтобы мне была оказана некоторая милость из прибылей, которые возникли бы от имбиря. Дон Франсиско договорился об этом для себя, а не для меня, как он обещал. Следовательно, он получил награду за мои услуги, не выполнив никакой работы или труда со своей стороны, в то время как был отдан приказ выдать мне триста песо де минас по квитанциям с предписанием, чтобы они были переданы. Я писал вашему Величеству по этому вопросу, и хотя я намеревался отправиться просить справедливости у вашего Величества, как у самого справедливого государя, после отправки флота, в подготовке которого я был занят, я не поехал, потому что подумал, что если я не отплыву во флоте, то не выполню свой долг перед вашей королевской службой; и что, поскольку я был тем, кто знал землю и сезон, в который нужно вернуться для открытия обратного пути, и что успех может быть достигнут сейчас в том, в чем так много флотов не смогли преуспеть, для меня было важно приехать. Поэтому из-за приезда (как я это сделал), я не поехал в Испанию, будучи уверенным в щедрости и величии вашего Величества, и что если я буду просить вас отсюда, вы окажете мне справедливость и полную милость. Также [я сделал это], потому что для меня хорошо закончить свою жизнь на службе вашему Величеству, поскольку большая часть моей жизни была потрачена на служение вам. С этим мотивом я погрузился, и мы отплыли из Пуэрто-де-ла-Навидад. После шестидесятичетырехдневного плавания мы достигли Филиппин. Пока на острове Бохоль готовились некоторые мачты для флота, ваш генерал отправил меня в провинцию за островом, чтобы заняться другими делами. Там я выменял образцы золота, воска и корицы, которые отправляются вашему Величеству, с величайшей возможной осторожностью. Я вернулся на Бохоль, где стоял флот и где, при последнем принятом решении, было определено, что флот должен прийти на этот остров Себу из-за информации, которую мы слышали о нем, и по другим причинам. Мы прибыли сюда двадцать седьмого апреля этого шестьдесят четвертого (или, скорее, шестьдесят пятого) года. Мы находимся в лучшем центре страны, хотя нет другого преимущества на этом острове, кроме того, что он хорошо заселен, и, следовательно, мы можем поддерживать себя, пока ваше Величество не проинформирует нас о том, что лучше для вашей королевской службы и что мы должны поддерживать себя. Мы стоим здесь у ворот великих королевств, и Молуккские острова очень близко, где наша святая вера будет возвеличена, а ваше королевское достояние увеличено, ибо есть естественная пригодность для этого. Я занимаюсь и буду продолжать заниматься вашей королевской службой, и недостатка в службе не будет. Поможет ли ваше Величество нам средствами, чтобы торговля могла поддерживаться и внедряться среди многих из этих наций. Это факт, что вход должен быть сделан от вашего королевского имени и силой оружия. Мы не очень хорошо оснащены, и, следовательно, необходимо, чтобы помощь, которую мы сейчас отправляем просить из Новой Испании, была отправлена с быстротой. В вопросе об имбире вашему Величеству уже ясно, что я привез его и что дон Франсиско не договорился в мою пользу, как должен был сделать, и что я был заметно ущемлен в этом, и что триста песо де минас по квитанциям не были собраны из-за трудности сделать это. Я умоляю ваше Величество, чтобы мне были выданы ордера на казну, сохраняя право на остальное, что составляет мою справедливость в этом вопросе, пока это не будет заявлено от моего имени и пока мне не будет сделано возмещение; поскольку ни до, ни после никто другой не оказал такой услуги, в которой замешана ежегодная сумма более пятидесяти тысяч дукатов (или, скорее, более ста пятидесяти тысяч). В этом я получу милость и справедливость. Пусть наш Господь счастливо процветает ваше священное королевское католическое Величество с увеличением жизни и большими королевствами, чего желают ваши слуги. Себу, 30 мая 1565 г. Верный слуга вашего королевского католического Величества, который смиренно целует ваши королевские ноги и руки.

Гвидо де Лавесарис

1 Катастрофическая экспедиция во Флориду была предпринята во исполнение королевского приказа Веласко, хотя последний не желал ее предпринимать. Испанцы, воображая, что Флорида переполнена богатствами, охотно предлагали себя для экспедиции. Отправленные испанские силы состояли из шести эскадронов кавалерии и шести рот пехоты, и их сопровождали тысяча индейских лучников. Под командованием Тристана де Луна-и-Арельяно (также называемого Акунья) эти силы покинули Веракрус на тринадцати судах в июне 1559 года. По прибытии во Флориду они были настолько измучены индейцами, что были вынуждены послать за помощью, которая была отправлена под командованием Анхеля Вильяфанье, назначенного преемником Луны. Вскоре, однако, попытка была оставлена, и немногие выжившие достигли Мексики через Гавану. См. Бэнкрофт, «Мексика», т. II, стр. 593–595.

ПИСЬМО АНДРЕСА ДЕ МИРАНДАОЛЫ ФИЛИППУ II

Священное католическое Величество:

Мигель Лопес де Легаспи прибыл в качестве генерала флота, который пришел к этим островам Запада по приказу вашего Величества. Дон Луис де Веласко, вице-король Новой Испании (да покоится он с миром), назначил меня на должность фактора и надзирателя королевского имущества вашего Величества от имени вашего Величества, ввиду моего постоянного обязательства служить вашему Величеству, чью священную королевскую католическую особу я умоляю нашего Господа всегда увеличивать великими королевствами и сеньориями.

Этот флот достиг этих Филиппинских островов 16 февраля 1565 года, и я [здесь] расскажу о том, что было замечено в них до сих пор, с той верностью, преданностью и готовностью, которые всегда присущи мне, со всей возможной тщательностью.

Как ваше Величество увидит из отчетов пилотов, которые прибыли во флоте, в навигации, которая была совершена, по компасу было видно, что в этих регионах есть значительная земля из той, что открыта, и из той, что еще предстоит открыть, которая лежит в демаркации вашего Величества, которая, если будет на то воля Бога нашего Господа, будет найдена. Я верю, что все это будет очень полезным и прибыльным, и что христианская религия — цель вашего Величества — действительно может быть внедрена в эту землю.

Что касается того, что мы до сих пор заметили среди туземцев этих островов, то здесь есть золото, корица и воск, и они торгуют этими продуктами. Мы считаем несомненным, что эта торговля составит большую сумму, если вассалы вашего Величества, испанцы, будут возделывать землю; ибо упомянутые туземцы, как они показали и как мы заметили в них, — это раса, которая живет без всякого уважения. Ибо лица, которые были назначены правителями, не были ни устрашены, ни уважаемы, что было слышно от лиц, которые были в этих краях раньше. По этой причине вашему Величеству будет необходимо приказать завоевать землю; ибо вне всякого сомнения нельзя поверить, что будет возможно работать или культивировать христианскую религию каким-либо иным способом, так как это очень порочная и вероломная раса, полная злых нравов. Соответственно, вашему Величеству будет необходимо приказать покорить всю землю, и это может быть сделано (с помощью нашего Господа) без особых хлопот, если ваше Величество предоставит людей, оружие и боеприпасы, в которых мы в настоящее время очень нуждаемся.

Находясь на одном из упомянутых Филиппинских островов, поступило сообщение, что туземцы Молуккских островов пришли по приказу португальцев, которые поселились на упомянутых Молуккских островах для короля Португалии, на остров под названием Боол, где они оставались в течение тридцати шести дней. Они объявили, что пришли с целью торговли с туземцами, и, добившись от них дня, они устроили общий рынок, где убили пятьсот человек и захватили более шестисот, как ваше Величество увидит из расследования, проведенного генералом по этому вопросу. Все туземцы этого архипелага жалуются и очень беспокойны, ибо молуккцы совершали набеги на все другие острова, причиняя весь возможный ущерб. Остров Масагуа, чьи люди всегда оказывались очень желающими служить вашему Величеству, был найден пустынным, причиной чего были упомянутые молуккцы, которые отправились туда и причинили весь возможный ущерб огнем, и убили тех людей, которых могли; и [они сделали то же самое] впоследствии во всех других частях, куда они отправились, которые мы еще видели. Предоставит ли ваше Величество в этом то, что может быть целесообразным.

Генерал, оставаясь на упомянутом острове Боол, приказал казначею Гвидо де Лабазарису и мне отправиться исследовать остров под названием Бегинданао, его побережье и продукты, и искать порт под названием Бутуан. Туда мы отправились, чтобы выполнить то, что было приказано нам от имени вашего Величества. Мы обнаружили, что упомянутый порт имел поселение и торговлю, о которых мы слышали; ибо две маврские джонки торговали там, которые, как говорили, были из Лусона, недалеко от большого острова под названием Борней. Этот остров Борней богат, согласно отчетам, которые мы имели о нем. Это земля, которая содержит большое население и много фортов, где, как мы слышали, есть количество артиллерии. Люди воинственны, и по всему острову идет значительная торговля. Мы подружились с вождем упомянутого порта Бутуан, как было приказано нам по приказу и инструкции генерала от имени вашего Величества. Мы сообщили им, что мы идем по приказу вашего Величества торговать с ними и проживать на их земле, если они пожелают; и если возникнет какая-либо необходимость, защищать и оказывать им милость от имени вашего Величества. Ответ, данный нам вождем, был таков, что он желает, чтобы мы отправились туда. Наше общение было передано ему посредством мавров, которые торговали там, так как у нас не было переводчика во флоте, который мог бы понимать туземцев, — по какой причине мы терпим большие трудности. Мавры объяснили, что они будут ущемлены, если мы будем торговать с туземцами. После того, как мы выполнили то, что было приказано нам генералом от имени вашего Величества, мы вернулись в место, где стоял флот, а именно на упомянутый остров Боол.

От этого острова мы отплыли, чтобы направиться к острову под названием Себу, где были убиты люди Магеллана. Мы обнаружили, что туземцы настроены несколько враждебно, хотя и выказывали желание дружить с нами. Такое положение дел сохранялось до следующего дня, в течение которого они не выполнили ни одной из наших просьб. Как только это стало ясно, их несколько раз призывали дать нам за деньги часть продовольствия, которым они располагали. Мы не могли получить от них ничего, пока они не показали, что хотят сражаться с нами и ничего нам не дадут. Как только мы вышли, чтобы сразиться с ними, и как только с кораблей была выпущена артиллерия, люди как на суше, так и на море отступили, и никто из них не стал нас дожидаться; мы даже не могли их увидеть. Они покинули свои дома, в которых мы не нашли ничего, кроме фигурки младенца Иисуса, одной железной кулеврины и другой, бронзовой, — все это, как полагают, относится ко времени Магеллана. До сих пор нам не удалось получить ничего из того, чем владеют эти люди.

После того как они покинули землю и отступили, пришел мавр, который женился на местной женщине, в сопровождении переводчика; он рассказал, что пришел от имени брата правителя этого поселения, и сказал, что они желают мира и нашей дружбы. Генерал ответил, что, несмотря на то, что они отказались от мира и показали, что их намерения были злыми, они все же могут прийти в безопасности, пока он не сообщит им условия, которые должны быть с ними заключены. После этого мавр удалился с мирным знаменем, данным ему генералом. Вскоре после этого пришел упомянутый брат правителя, которого зовут Тупас.

Генерал заявил, что желает мира и дружбы, но напомнил ему [т. е. брату Тупаса] о злом умысле и неблагодарности, которые они проявили по отношению к нему от имени вашего Величества. После этого генерал сказал ему, что должен прийти его брат, а также все главные люди, чтобы заключить мир и узнать условия, которые они должны соблюдать и выполнять на службе вашему Величеству. После этого он [т. е. брат Тупаса] вернулся, попросив трехдневную отсрочку, чтобы привести своего брата и других людей.

Весь этот остров густо населен и обжит, и все люди очень воинственны и порочны. Поэтому я считаю, что если они не примут истинное знание святой католической веры, необходимо будет завоевать их и привести под ярмо вашего Величества.

Когда истек указанный трехдневный срок, пришел вышеупомянутый брат Тупаса в сопровождении другого вождя. Они сказали, что его брат [т. е. Тупас] нездоров и что он [т. е. брат Тупаса] и некоторые другие вожди, которые пришли с ним, заключат мир от имени Тупаса. Но генерал объявил, что не заключит мира, если не придет его брат; что он [т. е. брат Тупаса] не должен вести с ним обманные переговоры, так как это доставит ему много хлопот; что он должен вернуться за своим братом и прийти в безопасности; и что он [т. е. Легаспи] и его люди будут ждать его со всей верой. После этого он ушел, и упомянутый Тупас пришел и заключил дружбу. [Последний заявил], когда он приведет своих людей и что он будет служить вашему Величеству вместе с ними, и что он не будет противиться ничему, что им будет приказано. Мы верим, что все это происходит по воле Господа нашего. Да направит Он нас на службу Ему и защитит нас на службе вашему Величеству.

Поскольку корабль, который отправляется для открытия обратного пути, почти готов к отплытию, я не могу сообщить вашему Величеству об условиях, которые решаются, так как к окончательным выводам еще не пришли.

Мой дядя, брат Андрес де Урданета, возвращается и отправляется служить вашему Величеству в этом открытии, и его будет сопровождать брат Андрес де Агирре. Фелипе де Сальседо командует, а Хуан де Агирре — люди, которые, как мы верим, будут служить вашему Величеству с полной преданностью, верностью и радостью. Я умоляю ваше Величество обеспечить нас монахами и светскими священниками, которые необходимы для проповеди святого Евангелия этим туземцам, принимая во внимание великую службу Богу, Господу нашему, и вашему Величеству.

Люди, которых ваше Величество должно предоставить в дополнение к контингенту, который будет предоставлен из Новой Испании для нашей помощи, а именно двести хорошо вооруженных и хорошо оснащенных людей, [следующие]. Кроме них, не будет ли угодно вашему Величеству немедленно прислать шестьсот хорошо вооруженных людей — четыреста из которых должны быть аркебузирами, а остальные двести — пикинерами. [Пришлите также] тяжелую артиллерию, такую как кулеврины, и боеприпасы. Люди должны быть лучшими из тех, кого можно найти, и должны иметь лучшие моральные качества. [Пришлите также] боеприпасы и оружие для тех, кто находится здесь сейчас.

Я со всей смиренностью умоляю ваше Величество подтвердить назначение, которое было дано мне от имени вашего Величества доном Луисом де Веласко, вице-королем и губернатором Новой Испании (да почиет он с миром); и чтобы вы позволили мне его сохранить. Ваше Величество окажет услугу Богу, Господу нашему, и окажет мне милость и благоволение, справедливо распорядившись увеличить мое жалованье до суммы в три тысячи дукатов хорошей монетой, принимая во внимание тот факт, что все товары, необходимые для нашего пропитания в этой земле, очень дороги.

Да сохранит Господь наш священную королевскую католическую особу вашего Величества с великим приумножением обширных королевств и владений, как того желаю я, верный слуга вашего Величества. Остров Себу, [неразборчиво или пусто в оригинале] 1565 г. Священное католическое Величество, верный слуга вашего священного католического Величества, который целует королевские ноги вашего Величества со всем смирением.

Андрес де Мирандаола

1 См. ТОМ II, стр. 208.

2 См. ТОМ II, стр. 209–210.

3 См. ТОМ II, стр. 210–216.

4 Андрес де Мирандаола был предательски убит рядовым солдатом во время исполнения своих обязанностей по сбору дани, как следует из письма королевских чиновников Филиппу II от 18 июня 1583 года, оригинал которого хранится в Севилье под шифром «est. 67, caj. 6, leg. 29». В документе далее говорится, что солдат не был наказан, а служил алькальдом в Отоне, хотя его дело находилось на рассмотрении в королевской Аудиенсии.

ПИСЬМО ГВИДО ДЕ ЛАВЕСАРИСА ФИЛИППУ II

Священное католическое Величество:

Я сообщил вашему Величеству через флагманский корабль, который был отправлен с этого острова в июне шестьдесят пятого года для открытия обратного пути в Новую Испанию, как ваш верный вассал и слуга, о событиях, произошедших к тому времени; и я просил вас вознаградить меня, принимая во внимание двадцать семь лет, которые я прослужил вашему Величеству в открытии этих областей. [Я сказал вам], что я уже приезжал сюда в качестве бухгалтера вашего Величества в компании с Руи Лопесом де Вильялобосом; и далее, что я привез растение имбиря (которое сейчас [выращивается] в Новой Испании) с большим риском для своей жизни. Я совершил и другие услуги для вашего Величества, о которых я давал информацию. Нынешняя информация, которую я должен сообщить вашему Величеству, заключается в том, что корабль «Сан-Херонимо», отправленный из Новой Испании в мае прошлого шестьдесят шестого года вашим президентом, аудиторами и чиновниками королевской казны, проживающими там, прибыл на этот остров в октябре того же года. Он совершил свое плавание, будучи настолько плохо подготовленным в отношении предметов первой необходимости и товаров, которые мы просили отсюда, что мы оказались в еще большей нужде, чем до его прибытия. На корабле не было капитана, потому что он был убит во время плавания. Были также другие мятежи и восстания [на корабле], как следует из отчетов, составленных здесь об этом, которые ваше Величество может увидеть, если пожелает, и определить его судьбу. По прибытии весь этот лагерь испытал огромное счастье, узнав, что тот путь, который так сильно желали император, наш государь (который пребывает в славе), ваше Величество и все ваши вассалы и подданные, был открыт, и так легко — и желали так справедливо, поскольку, помимо плодов, которые будут достигнуты в проповеди святого Евангелия (главный замысел вашего Величества и ваших католических предков), ваше Величество получит большую выгоду в мирском отношении, ваша королевская корона значительно увеличится, ваши подданные и вассалы получат прибыль, и, наконец, откроются ворота для испанской нации, чтобы иметь место, где она может применить свою силу. Я радуюсь больше, чем могу выразить, и по праву, поскольку я дал совет вашему Величеству и вашему королевскому Совету Индий о продуктах этих областей в пятьдесят четвертом году в Вальядолиде, а также о пригодности этих Филиппин для содержания людей в них как в промежуточный период, пока путь не будет открыт, так и до тех пор, пока не будут присланы приказы вашего Величества — все это послужило для работы и дела. Это было очень важно для вашей королевской службы, и по этой причине есть законное основание, почему ваше Величество должно вознаградить меня. Ибо, помимо вышеупомянутых услуг, я приехал служить вам в этой нынешней экспедиции в качестве казначея вашего королевского имущества. Никто другой, кроме меня, из всех тех, кто принимал участие в экспедиции Вильялобоса, не приехал в эту экспедицию, и я, благодаря своему опыту в прошлой экспедиции, давал советы о том, что было необходимо; ибо я приехал на эти острова с этой целью и до тех пор, пока не будет открыт этот путь, и оставил свою жену и семью в Новой Испании. Я отложил все остальное ради того, что касается службы вашему Величеству, и надеюсь на ваше милосердие, чтобы быть вознагражденным за свои услуги. Я не буду давать полный отчет о событиях этой экспедиции с момента отправки флагмана до настоящего времени, потому что губернатор и мы, чиновники вашего Величества, даем отчет о них в донесениях и письмах, которые отправляются. Я лишь упомяну, что огромное количество корицы было обнаружено на мысе Кавит на острове Минданао. Ее там так много, что говорят, будто горы полны ею. Поскольку на этих островах нет рынка для нее, мы можем легко приобрести за небольшие расходы столько, сколько ваше Величество пожелает доставить в Испанию. Необходимо будет иметь какое-то поселение вблизи того места, где собирают корицу, как для сбора корицы, так и потому, что португальские флоты, направляющиеся из Малакки на Молуккские острова, проходят мимо этого места, которое также находится в районе Борнео, Молуккских островов и других важных мест. Поскольку ваше Величество еще не прислало никаких приказов, объявляющих вашу королевскую волю, мы лишь стремимся поддерживать наших людей до прибытия подкреплений, в которых мы очень нуждаемся. Целесообразно, чтобы эта помощь была отправлена быстро, и чтобы в отправке из Новой Испании было проявлено больше рвения, чем до сих пор; ибо, хотя прошло около трех лет с тех пор, как мы уехали оттуда, был отправлен только один корабль, и он вернулся (я имею в виду пришел) в состоянии, более нуждающемся в помощи, чем способном помочь. Поэтому этот корабль отправляется сейчас. Мы отправляем на нем корицу, которую нам удалось собрать за то небольшое время, что было в нашем распоряжении. Я умоляю ваше Величество, поскольку это дело, которое так важно для вашей королевской службы, пожалуйста, пришлите свои приказы незамедлительно относительно того, что вы больше всего желаете сделать. Ибо после прибытия подкреплений я намерен (с Божьей помощью) отправиться, чтобы поцеловать ноги вашего Величества, и подробно доложить об этих областях, так как я не могу дать адекватного представления в письме без большой многословности. Два португальских корабля, подобных тем, что используют туземцы Молуккских островов, прибыли в этот порт десятого числа текущего месяца июля. Они были посланы главным капитаном Гонсало Перейрой Мамарраке, который отправился из Индии на Молуккские острова по поручению вице-короля дона Антонио де Нороньи. Они привезли письма от главного капитана губернатору, в которых информировали его и заявляли, что мы находимся в их демаркационной зоне, и пытались заставить нас отправиться на Молуккские острова, а оттуда в Индию. Я попытался получить некоторую информацию от этих кораблей относительно дел на Молуккских островах, и некоторые из людей сказали мне, что давние вассалы вашего Величества, короли Тидоре и Гилоло, были убиты и преследуемы португальцами и королем Тернате, их [т. е. португальцев] другом и союзником. Они убили короля Тидоре и разрушили форт, которым владел король Гилоло, который умер во время преследования. Король Тернате приказал убить сына последнего, который наследовал ему в его королевстве; в то время как сын короля Тидоре, который еще жив, платит ежегодную и очень чрезмерную дань в сто бахаров или более пятисот квинталей гвоздики португальцам. Кроме того, вассалы этих королей сильно притесняемы и обеспокоены португальцами и королем Тернате, его другом. Я верю, о непобедимый принц, что такие неприятности и притеснения происходят из-за того, что эти короли и их подданные так привязаны к кастильскому имени; ибо я, как очевидец, заверяю ваше священное Величество, что кастильцы, которые плыли во флоте Вильялобоса, были так же хорошо приняты и так же любезно встречены королями Тидоре и Гилоло и их вассалами, и что они всегда выказывали нам столько любви и доброй воли, и предлагали свои личности и имущество, чтобы облегчить наши нужды, как если бы они были настоящими вассалами вашего Величества в течение многих лет. И они уверяют меня, что они все еще живут в великом постоянстве и надеются, что ваше Величество избавит их от жестокого рабства, в котором они живут, потому что они всегда выказывали себя такими благосклонными к кастильцам. По этой причине их нищета и неприятности вызывают у меня глубокое сострадание, когда я вспоминаю доброту, которую я получил от них, когда был на Молуккских островах, и любовь и привязанность, которые они дарили нам. Помимо этого, тернатцы и португальцы в их компании совершали и ежедневно совершают набеги и захватывают пленных среди этих островов, так что туземцы находятся в большом страхе, когда видят вред, который они получают от них. Те португальцы оставались в этом порту Себу в течение тринадцати дней, где их все в целом ласкали и угощали. Губернатор предложил им свои услуги во всем, в чем они нуждались, согласно приказам инструкций вашего Величества. Когда португальцы ушли, они сказали, что главный капитан получил резолюцию и прямой мандат из Индии разгромить, уничтожить и изгнать нас из этого места любым способом, каким он сможет, и что он покинул Индию с девятью кораблями и восемью сотнями солдат исключительно для этой цели. Эта новость привела нас в большое смятение, так как нам не хватает людей, кораблей, боеприпасов и артиллерии, и потому что хозяева моря, враждебные нам [т. е. португальцы], могут легко лишить нас продовольствия, так как у них много больших кораблей и весельных лодок и много дружественных индейцев из Тернате, которые хорошо оснащены оружием и продовольствием, в то время как мы нуждаемся во всем в целом. Однако, хотя мы сейчас так нуждаемся, мы твердо решили умереть на службе вашему Величеству, как истинные испанцы, и мы не сдвинемся с этого места, пока ваше Величество не прикажет. Следовательно, мы постараемся защищаться, насколько это возможно, нашими немногими силами. В убеждении, что я оказываю услугу вашему Величеству, я попытался получить взаймы карту и навигационную таблицу у португальцев и быстро скопировал с нее часть, которая попадает в кастильскую демаркационную зону, а также некоторые замечания, сделанные одним из наших лоцманов. Я прилагаю ее к сему, и если будет угодно вашему Величеству, космографы могут увидеть по ней положение земель и островов, недавно открытых. Пусть ваше Величество примет мою готовность служить вам. Пусть Господь наш процветает и сохранит вашу королевскую католическую особу с приумножением больших королевств и владений, как того желают вассалы вашего Величества. Этот остров Себу, 25 июля 1567 г. Верный вассал и самый смиренный слуга вашего священного католического Величества, который целует ваши королевские ноги.

Гвидо де Лавесарис

[С пометой: «Изучено. Подшить к другим бумагам, касающимся этого дела»]

1 См. ТОМ II, стр. 149, 150; и следующее письмо.

2 См. ТОМ II относительно переговоров между Перейрой и Легаспи.

3 Карта не прилагается к этому письму.

ПИСЬМО КОРОЛЕВСКИХ ЧИНОВНИКОВ ФИЛИППУ II

Священное католическое Величество:

Мы сообщили вашему Величеству обо всех событиях до дня его отплытия через «Сан-Педро», который пришел в эти области в качестве флагмана и который покинул этот порт первого июня шестьдесят пятого года под благоприятными знамениями для открытия этой экспедиции и плавания. Теперь мы расскажем вашему Величеству, как ваши верные слуги, о том, что нового произошло здесь с тех пор.

Корабль с новостями о прибытии в Новую Испанию достиг этого порта, где мы поселились на службе вашему Величеству, и о флагмане, который отправился открывать путь, что Господу нашему было угодно совершить в самые непобедимые дни вашего Величества. Не мало должны все христиане молить Его Божественное Величество даровать долгие годы жизни вашему Величеству, чтобы святая католическая вера могла быть приумножена и возвеличена влиянием вашего Величества в столь великих королевствах и владениях, которые расположены в этих областях.

После отплытия «Сан-Педро» туземцы этого порта, как вожди, так и другие люди, пришли принести повиновение губернатору от имени вашего Величества и поставить себя под защиту и владычество вашего Величества. Они предложили признать и считать ваше Величество своим естественным господином и сказали, что будут давать вам продукты своей земли, а именно рис, просо и борону. Губернатор принял их как таких вассалов и сказал им, что они должны соблюдать, чтобы сохранить нашу дружбу. Они настолько порочная раса и имеют такие злые нравы, что не хранят веры и не выполняют ничего, хотя и обещали это. Соответственно, мы выжидали с туземцами этого порта и с другими туземцами, которые до сих пор предлагали принять нашу дружбу. Поскольку им не было показано никакой другой силы, кроме той, что была угодно вам, мы до сих пор не могли сделать меньше; и поскольку (как мы отметили выше), они являются порочной расой и обладают дурными нравами, и не признают никакого правителя, поэтому, если их вожди попытаются заставить их, они не сделают ничего другого, кроме как уйдут на другой остров. Они находят достаточно пустынных земель, если кто-то пытается заставить их на их собственной. До получения приказа и инструкций вашего Величества губернатор не заботился и не соглашался на то, чтобы вести с ними войну; и мы считаем несомненным, что если бы это было сделано, мы бы пострадали и все встретили бы свою смерть самым жалким образом, ибо первое, что делают эти туземцы, — это забирают всю еду, и нищета, в которой они держат землю, на которой живут, такова, что война не может быть там ведена ни при каких обстоятельствах. Если бы не хорошее управление, которое осуществлялось во всем, чтобы не вести войну с этими туземцами, и хорошее обращение с ними, мы бы, несомненно, все умерли. Господу нашему было угодно направить все это дело как Свое собственное и показать нам чудесные награды. Да будет угодно Его Божественному Величеству продолжать такие действия и сохранять нас на Его святой службе и на службе вашему Величеству.

Ввиду большой задержки с отправкой нам помощи из Новой Испании и новостей о том, что ваше Величество приказало предоставить, было решено отправить паташ «Сан-Хуан». Он везет семьдесят квинталей корицы, которая была выменена на острове Минданао, а именно на мысе под названием Кавите. Мы слышали, что ее много в той части и что ее можно легко собрать. Минданао — хорошо заселенный остров как на севере, так и на юге. Мы слышали, что во всех его частях много золота, и что если мы заселим его и будем возделывать землю, мы узнаем много его секретов. Жители там воинственны и полны злобы. Мы завладели им от имени вашего Величества.

Мавры пришли в этот порт, где мы находимся в настоящее время, с некоторых островов под названием Лусон и Миндоро. Они привезли рис и золото на продажу в обмен на серебро и жемчуг. Эти люди сказали нам, что китайцы ездят в их землю торговать и увозят все продукты этого архипелага, а именно золото, воск и рабов. Из информации, данной нам, это богатая земля и имеет [много] торговли.

Мятеж произошел 28 ноября шестьдесят пятого года, но Господу нашему было угодно, чтобы те, кто принимал в нем участие, не преуспели в своей гнусной цели. Этот мятеж был такого характера, что если бы Он допустил его [успех] из-за наших грехов, мы бы все жалко погибли. Но Он был милостиво [склонен] проявить к нам милосердие и не позволил им преуспеть в обманах, которыми их наделил дьявол. Следовательно, зачинщики были наказаны, а дело сглажено и улажено. Правосудие справедливо совершается в том, что возникает. Позже был еще один мятеж, в котором участвовали те же самые люди, хотя их было не так много, и это не было делом, в котором они могли бы преуспеть. Все наказания были наложены в соответствии с законом.

Указанная помощь и совет, которые были отправлены из Новой Испании, достигли этого порта в таком отчаянном и таком неудачном состоянии, что, по нашему пониманию, ни один христианин никогда не слышал о чем-то столь наполненном случайностями. Господу нашему было угодно привезти корабль чудесным образом и тех, кого он вез, как ваше Величество увидит из отчета, который губернатор посылает о том, что произошло. Экипаж убил капитана и альфереса, а затем повесил сархенто-майора, который ехал с назначением [на этот пост] вместо отсутствующего здесь, в этом лагере. Он в компании с другими тиранами убил упомянутого капитана и альфереса, а его товарищи позже повесили его. После этого события они достигли некоторых островков, расположенных примерно в семистах лигах от этого порта. Они попытались оставить там большую часть людей, в то время как намеревались отправиться в район, где торгуют китайцы и яванцы, и продолжить свою карьеру пиратства, если смогут. Господу нашему было угодно в тот момент придать мужество людям, которые хотели служить вашему Величеству, некоторые из которых были голыми, а другие были одеты только в свои рубашки. Они решили отправиться на корабль и поднять крик в пользу вашего Величества. Это удалось, как мы написали. Господу нашему было угодно дать им силу и направить их так, что все тираны были оставлены на берегу на одном из упомянутых островов, где стоял корабль. Корабль прибыл сюда без какой-либо помощи, ни оружием, ни боеприпасами, обо всем из которых мы просили. Люди были совершенно измотаны и в плачевном состоянии, и вся их одежда была оставлена на берегу. Как только они прибыли, губернатор приказал провести расследование всего, что произошло во всем этом деле, и он посылает отчет вашему Величеству, по которому все будет более ясно и подробно.