«Книга о рыцарском ордене»

Книга

об

Ордене рыцарства,

переведенная с французского,

сэром

Гилбертом Хэем, рыцарем.

По рукописи из

библиотеки в Эбботсфорде.

Эдинбург: 1847 г.

ПРЕЗИДЕНТУ И ЧЛЕНАМ

ПРЕЗИДЕНТУ И ЧЛЕНАМ

Эбботсфордского клуба,

Эбботсфордского клуба,

ЭТОТ ОБРАЗЕЦ

ДРЕВНЕЙ ЛИТЕРАТУРЫ ШОТЛАНДИИ,

ДРЕВНЕЙ ЛИТЕРАТУРЫ ШОТЛАНДИИ,

ВПЕРВЫЕ НЫНЕ ИЗДАННЫЙ,

ПОСВЯЩАЕТСЯ И ПРЕДСТАВЛЯЕТСЯ

ИХ ПОКОРНЫМ СЛУГОЙ,

БЕРИА БОТФИЛДОМ.

Нортон-Холл, 1 января 1847 г.

Эбботсфордский клуб.

ЯНВАРЬ, 1847 Г.

Президент,

Достопочтенный Джон Хоуп, лорд-судья-клерк.

Достопочтенный граф Абердин.

Адам Андерсон, эсквайр.

Дэвид Бальфур, эсквайр.

Чарльз Бакстер, эсквайр.

Роберт Белл, эсквайр.

Роберт Блэквуд, эсквайр.

Биндон Блад, эсквайр.

Бериа Ботфилд, эсквайр.

Джеймс Берн, эсквайр.

Достопочтенный Генри Кокберн, лорд Кокберн.

Джон Пейн Кольер, эсквайр.

Томас Констебль, эсквайр.

Джеймс Кроссли, эсквайр.

Джеймс Деннистон, эсквайр.

Джон Данн, эсквайр.

Джозеф Уолтер Кинг Эйтон, эсквайр.

Достопочтенный Джон Хэй Форбс, лорд Медвин.

Джон Блэк Грейси, эсквайр.

Достопочтенный Джеймс Айвори, лорд Айвори.

Достопочтенный Фрэнсис Джеффри, лорд Джеффри.

Джеймс Киннир, эсквайр.

Джордж Ричи Кинлох, эсквайр.

Дэвид Лэйнг, эсквайр.

Генри Лидделл, эсквайр.

Джеймс Лукас, эсквайр.

Джон Уайтфорд Маккензи, эсквайр.

Александр Маконочи, эсквайр.

Джеймс Макнайт, эсквайр, казначей.

Джеймс Мейдмент, эсквайр.

Уильям Генри Миллер, эсквайр.

Теодор Мартин, эсквайр, секретарь.

Преподобный Джеймс Мортон, бакалавр богословия.

Роберт Насмит, эсквайр.

Роберт Питкэрн, эсквайр.

Достопочтенный граф Поуис.

Джон Робертсон, эсквайр.

Достопочтенный Эндрю Ратерфорд, лорд-адвокат.

Эрскин Дуглас Сэндфорд, эсквайр.

Джон Смит, доктор права.

Уильям Б. Д. Д. Тернбулл, эсквайр.

Эдвард Вернон Аттерсон, эсквайр.

Патрик Уорнер, эсквайр.

Достопочтенный сэр Джордж Уоррендер, баронет.

ПРЕДИСЛОВИЕ.

Литература Шотландии XV века заслуживает гораздо большего внимания, чем она получала до сих пор; тем более что это период, в который современная ей литература Англии сравнительно лишена интереса. Среди лиц, процветавших в то время и удостоенных лишь малой доли справедливости, мы можем назвать сэра Гилберта Хэя, рыцаря. Данбар, шотландский поэт, украшавший правление Якова IV, в своем «Плаче о смерти макаров», или поэтов, включает имя Хэя; так же поступает и сэр Дэвид Линдсей в правление Якова V; но, по-видимому, ни один другой писатель не знал о существовании такого автора, вплоть до 1722 года, когда вышел третий том «Жизней и характеристик наиболее выдающихся писателей шотландской нации и т. д. доктора медицины Джорджа Маккензи».

Этот том, последний, который автор успел опубликовать при жизни, начинается с «Жизни сэра Гилберта Хэя, камергера Карла VI, короля Франции». Он занимает восемь страниц фолио и представляет собой подходящий образец манеры Маккензи выстраивать биографию. Он начинается со следующих абзацев:

«Говорят, что род Хэев берет свое начало от весьма благородного и героического деяния около 980 года от Рождества Христова, в правление Кеннета III, как мы показали в «Жизни» этого государя во втором томе этого труда, стр. 60. Но как бы то ни было, несомненно, что это одна из самых благородных и древних семей в Шотландии и что со времен правления короля Роберта Брюса они были лордами-верховными констеблями Шотландии: тот государь, за верную службу и преданность Роберта, лорда Хэя, провозгласил их наследственными констеблями Шотландии около 1310 года».

«Из этой благородной и древней семьи происходил наш автор, о котором я не могу сообщить ничего иного, кроме того, что он родился на севере Шотландии, воспитывался в Абердинском университете, где, завершив курс обучения философии, стал магистром искусств, отправился во Францию, где изучал законы и был бакалавром канонического права, и за свои великие заслуги удостоился чести рыцарства и был назначен камергером Карла VI, короля Франции; после смерти которого он вернулся в Шотландию и был в великой милости и почете у Уильяма, графа Оркнейского и лорда-верховного канцлера Шотландии, по чьему желанию он перевел с французского на шотландский язык «Книгу битв» доктора Бонне в 1456 году от Рождества Христова».

«Что касается нашего автора, то вероятно, что он скончался ближе к концу XIV века; и из его труда видно, что он был хорошо сведущ в гражданских, канонических и военных законах; и если бы он не был человеком исключительных достоинств и ценности, он не возвысился бы до тех почестей, которых достиг».

Эти абзацы содержат всю биографическую часть «Жизни», уместившуюся на восьми страницах фолио, — поскольку автор имел обыкновение вводить посторонние материи, навеянные предметом биографии, но не связанные с ним. Однако в процитированных отрывках обычная небрежность или невежество автора весьма очевидны. Его утверждениям о фактах, действительно, никогда нельзя доверять, ибо они редко подтверждаются и часто опровергаются более авторитетными источниками, и вместо труда национального значения, заслуживающего щедрой поддержки, которую он получил, он совершенно бесполезен. Так, Маккензи мог бы знать, что если Хэй «воспитывался» и «стал магистром искусств» в университете Шотландии, то это не мог быть Абердин, основанный лишь в 1494 году; и что если Хэй был камергером короля Франции, то это не мог быть Карл VI, чье правление длилось с 1380 по 1422 год. Заключительное замечание о предполагаемом времени смерти Хэя, «ближе к концу XIV века», очевидно, является опиской вместо XV века. Однако вместо того, чтобы потчевать читателя сокращенной историей королей Франции или какой-либо другой отвлеченной темой, доктор Маккензи в данном случае отступил от своей обычной практики и представил тщательный и подробный анализ рукописного тома, находившегося в его владении, содержащего три произведения, переведенные с французского сэром Гилбертом Хэем; и это можно привести как один из немногих реальных вкладов в литературную историю Шотландии, содержащихся в его трех томах фолио. Здесь можно привести цитату, опустив несколько сумбурный и неточный рассказ об оригинальном авторе Оноре Бонноре или Бонне, приоре Саллона.

«Первая книга (говорит он) содержит 10 глав, в которых автор дает определение войны согласно докторам гражданского и канонического права и показывает, что она впервые возникла на Небесах между Богом и Его восставшими ангелами; затем он рассматривает прошлые гонения на Церковь в виде комментария к видению св. Иоанна о пяти ангелах в Откровении, и, говоря о четвертом ангеле, он признает, что была женщина, избранная Папой, и что она была англичанкой: И после Леона, говорит наш переводчик, «была избрана женщина-Папа, не зная, что она женщина, которая была родом из Англии».

«Вторая книга содержит 18 глав, в которых он рассматривает разрушение четырех великих империй мира: Вавилонской, начавшейся на востоке во времена Авраама; Карфагенской, начавшейся во времена Судей; Македонской, начавшейся во времена Маккавеев; и Римской, начавшейся во времена Ахана, царя Иудеи: Но он более подробно останавливается на Римской империи и показывает, когда был впервые основан город Рим, когда они начали свое правление королями, сенаторами, консулами и императорами, и об их самых памятных или примечательных деяниях, о деяниях Александра Македонского и разрушении Карфагенской империи; и завершает рассказом о первом возникновении правления или юрисдикции среди людей и о том, кто были первыми правителями или судьями».

«Третья книга содержит 10 глав, в которых он рассматривает законность ведения войны и возможно ли человечеству жить без нее; как люди узнают, когда они справедливо принуждены вести войну; каковы признаки истинной доблести и трусости; какое наказание причитается тем, кто покидает армию, не спросив разрешения у своих командиров, или сражается с врагом без приказов своих командиров».

«Четвертая книга содержит 155 глав, в которых он рассматривает законные основания войны, особенно среди христиан против турок и всех неверных; может ли император законно объявить войну Папе и Церкви, и может ли Папа вести войну против него; касательно обязанностей рыцарей и по каким причинам они должны быть наказаны; касательно обязанностей генералов и должны ли они, будучи взятыми в битве, лишаться жизни или нет; является ли сила или мощь моральной, кардинальной или естественной добродетелью; принадлежат ли пленные, взятые на войне, тем, кто их взял, или государям, которым принадлежат армии, в которых они были взяты; должны ли вассалы служить в армии за свой счет или за счет своего государя; обязан ли барон служить своему королю, но только в его собственных войнах; обязаны ли люди двух баронов, ведущих войну друг с другом, помогать любому из них, пока не получат приказы от своего короля и соответствующих лордов; обязаны ли мы защищать наших соседей оружием и людьми, когда на них нападают другие, и кто те лица, которые обязаны защищать друг друга, и в частности, как вассал обязан защищать своего лорда, сын — отца, по закону справедливости; обязан ли он больше защищать своего отца или природного государя; обязан ли священнослужитель больше помогать своему отцу или своему епископу, когда между ними объявлена война; могут ли люди законно вести оборонительную войну за свои законно завоеванные временные блага; могут ли священники и клирики защищать свое имущество силой оружия; должно ли быть возвращено оружие, одолженное и потерянное на поле битвы; должны ли быть возвращены оружие и лошади, нанятые и потерянные в битве; должен ли рыцарь, будучи ограбленным на службе своего короля, или его король преследовать грабителей; должен ли человек, отправляющийся на войну без приказа, брать жалованье; может ли рыцарь, служащий королю без приказа, законно просить у него жалованье; должен ли король Испании, посылая помощь королю Франции, просить у него жалованье; должен ли человек, отправляющийся на войну из тщеславия, просить жалованье по закону оружия; должен ли лорд восстановить имущество капитану, который был ограблен, подчиняясь приказам своего лорда; должен ли человек, отправляющийся на войну из корысти и ради грабежа, требовать жалованье; может ли священник или клирик законно идти на войну или нет; касательно времени, когда людям должно выплачиваться жалованье, отправляющимся на войну; должен ли воин, получивший разрешение развлечься и отдохнуть некоторое время, получать жалованье за это время; должен ли рыцарь, взявший жалованье у короля за год службы и через три месяца перешедший на службу к другому государю, получать жалованье за время, которое он прослужил; может ли солдат, которому государь заплатил за год службы, заменить другого на своем месте; может ли капитан отослать кого-либо из своих людей после того, как он провел их смотр в поле перед своим государем; может ли солдат, заболевший на войне, законно просить свое жалованье за все время, пока он болел; как имущество или добыча, полученная армией, должна быть разделена между солдатами; может ли человек законно оставить себе то, что он отнимает у грабителя, который намеревался ограбить его на большой дороге; о законности войны, ведущейся между двумя городами, которые не подчиняются ни одному суверену; может ли человек законно убить пленного, который сдается добровольно; может ли по закону оружия человек взять выкуп золотом или деньгами со своего пленного; могут ли французы в войне между Англией и Францией законно захватывать имущество английских земледельцев и держать их в плену; может ли один король законно победить другого короля хитростью и уловками; законно ли сражаться в праздничный день; может ли человек, когда один причиняет вред другому, законно вернуть свое войной или силой, прежде чем преследовать его законным путем; уверен ли рыцарь, погибший в битве на службе своего государя, в своем спасении; кто наиболее могуществен в битве — праведники или грешники; почему в мире так много войн; может ли тот, кто взят в плен и поклялся соблюдать тюрьму, законно нарушить ее и совершить побег, если найдет возможность; можно ли сказать, что тот, кто взят в плен и посажен в закрытую темную комнату, и совершает побег, нарушает тюрьму? Может ли человек, которому обещано безопасное прохождение из одного места в другое, но который пренебрег тем, чтобы договориться о своем безопасном возвращении, быть законно задержан в качестве пленного? Может ли человек, которому обещано безопасное прохождение для него и его сопровождающих, привести с собой человека более значительного, чем он сам? Если человек взят в плен по чужому безопасному пропуску, обязан ли тот, у кого был безопасный пропуск, освободить его за свой счет? Если человек, имея свободу выйти из тюрьмы при условии, что он вернется в такой-то день, снова входит в тюрьму, но нарушает срок, как он должен быть наказан? Законно ли для одного государя отказывать другому, с которым он в мире, в проходе через свою страну? Должны ли церковники платить налоги, дань и пошлины светским королям и государям? Должна ли Церковь вести войну против евреев? Может ли человек защищать свою жену силой оружия? Может ли брат защищать своего брата силой оружия? Когда барон является вассалом двух лордов разных стран, которые оба ведут войну, кому из них он должен служить? Когда барон является вассалом двух лордов, которые ведут войну друг с другом, кого из них он должен слушаться? Когда человек является буржуа в двух городах, которые ведут войну друг с другом, кого из них он должен слушаться? Обязан ли человек, находящийся в кабале или рабстве, идти на войну со своим лордом и господином? Может ли человек быть принужден идти на войну? Если один человек честно ранит другого, а тот ранит его в ответ, должен ли он быть наказан за это? Если крепостной или раб убивает другого по приказу своего господина, должен ли он быть наказан за это? Может ли крепостной или раб защищаться против своего лорда и господина, который намеревается его убить? Может ли монах защищаться против своего аббата, который намеревается его убить? Может ли сын законно защищаться против отца, который намеревается его убить? Может ли человек законно защищаться против своего судьи? Если человек, изгнанный из королевства и вернувшийся без разрешения, когда люди нападают на него, чтобы схватить, должен ли он защищаться? Должен ли священник, на которого напали, когда он несет Тело Господне (или Таинство), положить его и защищаться? Должен ли невиновный человек быть наказан в порядке репрессалий за виновного? И как государи должны вести себя в случаях репрессалий? Как должны осуществляться репрессалии против города, который не обязан верностью ни одному суверену? Могут ли все лорды или господа осуществлять репрессалии? Как и по какой причине можно сказать, что король Франции никоим образом не подчиняется императору? Подчиняется ли король Англии каким-либо образом Империи? Могут ли репрессалии быть предоставлены буржуа, живущему в Париже и ограбленному по возвращении в Париж, для взыскания денег или имущества, которых он был лишен во владениях другого государя? Может ли английский студент Парижского университета быть задержан в качестве пленного, когда объявлена война между двумя нациями? Должен ли слуга пользоваться привилегиями, которые имеет его господин? Может ли англичанин, приехавший в Париж навестить своего сына, студента этого университета, во время войны быть задержан в качестве пленного? Может ли англичанин, приехавший навестить своего брата в университете, быть задержан в качестве пленного? Может ли студент быть заключен в тюрьму в порядке репрессалий? Может ли сумасшедший быть задержан и выкуплен на войне? Может ли сумасшедший, вернувшийся в здравый ум, быть задержан в качестве пленного? Может ли по закону оружия старик быть задержан в качестве пленного? Может ли по закону оружия ребенок быть взят и задержан в качестве пленного? Может ли по закону оружия слепой быть задержан в качестве пленного? Может ли посол, приехавший навестить короля, провести кого-либо из его врагов через его страну? Может ли епископ быть взят и задержан в качестве пленного? Может ли какой-либо церковник быть взят в порядке репрессалий? Могут ли паломники быть сделаны пленными по закону оружия? Какие вещи во время войны имеют безопасный пропуск без просьбы о разрешении у государя? Свободны ли осел и вол во время войны? Пользуется ли слуга земледельца по закону оружия той же привилегией, что и он сам? Законно ли во время войны строить замки и обнесенные стеной города? Как должны быть наказаны те, кто нарушает безопасный пропуск или гарантию государя? Должен ли великий лорд или кто-либо в более низком достоинстве доверять безопасному пропуску? Может ли христианский король законно дать безопасный пропуск сарацинскому королю или любому другому государю-неверному? Если два лорда заключают мир, и один нарушает его, должен ли другой нарушить его также? Лучше ли сражаться натощак, или до еды, или после еды? Должна ли битва быть назначена перед дамами? И имела ли королева Иоанна Неаполитанская право в своей войне против Людовика, короля Сицилии?»

«Затем он доказывает, что дуэль противоречит всяким законам; однако он приводит семнадцать различных случаев, когда по законам Ломбардии это законно. Затем он рассматривает тех, кто сражается за свои принципы на дуэлях, и насколько это законно: Затем о форме и клятве, которую приносят те, кто сражается на ристалищах или в поединках; может ли человек, вышедший из возраста, заменить другого, чтобы тот сражался за него в битве? Если кто-либо из компании ломает свой меч, должен ли ему быть дан другой? Если лорд или судья не может в первый день определить, кто имеет преимущество на поле; обязан ли он вернуться на второй день и выйти на ристалище, как прежде, кто из сторон должен начать бой? Если тот, кто побежден, должен выплатить другому убытки, хотя бы король их помиловал? Если человек побежден на дуэли, может ли он быть впоследствии обвинен по закону? Если компания желает, могут ли они сражаться в чистом поле, без барьеров? Как должны быть наказаны те, кто признает свое преступление и открыто побежден? Когда один рыцарь вызывает другого, может ли ему быть позволено раскаяться и отозвать свой вызов?»

«Затем наш автор рассматривает гербы и знамена в общем и в частности и переходит к ответам на следующие вопросы: Может ли человек по своему желанию выбрать герб другого человека? Если немец находит француза в поле, носящего тот же герб, что и он, должен ли он вызвать его на поединок? Как должны быть наказаны те, кто присваивает чужие гербы?»

«Затем он рассматривает все различные цвета, используемые в геральдике, и все различные правила и условия, которые должны соблюдаться при ведении дуэлей: И завершает обязанностями, возложенными на императоров, королей и государей; которые он заканчивает следующими словами:»

«EXPLICIT LIBER BELLORUM, SED POTIUS DOLORUM, UT RECITAT DOCTOR IN PLURIBUS.»

«За этим следует перевод нашего автора «Книги рыцарства» доктора Боне, которая содержит восемь глав: В первой главе он рассказывает нам, как бакалавр, оруженосец чести, путешествуя на коронацию великого государя с намерением принять Орден рыцарства, сбился с пути в пустыне, где ему довелось наткнуться на скит, в котором жил старый и почтенный рыцарь, оставивший мир ради любви к Богу; и как этот старый рыцарь научил оруженосца всем пунктам чести и всему, что относится к долгу рыцаря, что является предметом всех последующих глав; где во второй главе он, старый рыцарь, показывает, как он должен принять этот высокий Орден и как он должен быть сначала наставлен во всем, что к нему относится. Третья содержит все обязанности рыцаря. Четвертая содержит их форму экзамена и то, как он должен быть экзаменован, прежде чем получит Орден. Пятая содержит указания для него при получении Ордена и форму его дарования. В шестой объясняется значение гербов рыцарства. В седьмой он показывает многие преимущества, которые рыцари имеют перед другими благодаря этому почетному Ордену; и последняя показывает великое уважение, которое должно быть оказано всему этому Ордену, — заканчиваясь словами,»

«EXPLICIT L'ORDRE DE CHEVALRIE.»

«После этого следует перевод нашего автора «Книги правления государей» доктора Боне, которая является переводом «Политики» Аристотеля и содержит 40 глав, с прологом, показывающим, на сколько языков она была переведена и как она была впервые найдена в Храме Солнца, построенном Эскулапом. Затем следует перевод письма короля Александра Македонского Аристотелю после его завоевания Персии, с ответом Аристотеля и двумя другими письмами короля Александра и Аристотеля.»

Рукопись, анализ которой был приведен выше, не упоминается ни в одной более поздней работе, и, поскольку ее не удалось обнаружить ни в одном публичном хранилище, она считалась безвозвратно утерянной. Но в «Каталоге библиотеки в Эбботсфорде», напечатанном в 1838 году, на странице 232, встречается следующее заглавие:—

«Здесь начинается книга, называемая Книгой закона оружия, которая была составлена знатным человеком, доктором декретов, называемым Бенне, приором Саллона и т. д. Рукопись, фолио»

Это заглавие привлекло внимание мистера Лэйнга, секретаря Баннатайнского клуба, который предположил, что это может оказаться копия труда, описанного Маккензи. Чтобы установить этот факт, он обратился с просьбой о предоставлении тома через Айзека Бэйли, эсквайра; что было любезно удовлетворено, и нетрудно было заметить, что это та самая рукопись, которой владел доктор Джордж Маккензи. Поскольку сам том не дает никаких указаний на этот счет, мы можем лишь предполагать, что он мог попасть в руки сэра Вальтера Скотта либо путем покупки на распродаже, либо в качестве подарка от кого-то из его друзей. Но мы можем заключить, что если бы сэр Вальтер знал об особом интересе и любопытстве, вызываемом этим томом, он указал бы на него, и он был бы использован в последний период его жизни.

Рукопись, о которой идет речь, представляет собой большое фолио из 132 листов на ломбардской бумаге, написанное очень четким почерком около конца XV века. Она находится в оригинальных деревянных переплетах, в идеальной сохранности и содержит, повторяющиеся в разных частях тома, автографные подписи «У. Сенклера из Рослина», «Оливера Синклера из Рослинга, рыцаря» и «У. Сенклера из Рослина, рыцаря».

Она состоит из трех отдельных произведений:—

I. Книга битв.

II. Книга рыцарства.

III. Книга правления государей.

Издание всего тома целиком было сочтено совершенно нецелесообразным из-за его большого объема. Однако, не желая, чтобы он оставался в сравнительной безвестности, я охотно согласился на предложение мистера Лэйнга выбрать второе из этих произведений, которое само по себе представляет собой отдельный трактат, в качестве моего вклада в цели Эбботсфордского клуба; в то же время добавив в Приложении такие образцы двух других произведений, которые удовлетворили бы всякое разумное любопытство. Таким образом, я надеюсь, что все, что действительно ценно или интересно в рукописи, было приведено в доступную форму, чтобы показать и сохранить от случайного уничтожения ОДИН ИЗ ДРЕВНЕЙШИХ СУЩЕСТВУЮЩИХ ОБРАЗЦОВ шотландской прозы.

Краткий отчет об оригиналах может быть дан здесь, прежде чем пытаться пролить некоторый свет на жизнь и характер переводчика.

I. КНИГА БИТВ.

Это хорошо известное и популярное произведение составляет первую и самую большую часть Эбботсфордской рукописи. Никакой английской версии его не известно. В Приложении будут найдены Пролог, Таблица глав в различных книгах и некоторые другие отрывки, которые можно сравнить с соответствующими местами, скопированными здесь из одного из поздних изданий оригинального труда, которое носит следующее заглавие:—

«Древо битв.

«Здесь следует Древо битв, которое трактует о многих вещах, таких как церковь. А также о делах войны. А также о том, как следует управлять. Вновь напечатано в Лионе. (Рисунок, вырезанный на дереве.) ¶ Продается в Лионе возле нашей госпожи утешения у Оливье Арнулле». 4-й формат, готический шрифт, сигнатура от A до M шесть, в восьмерках.

¶ ЗДЕСЬ НАЧИНАЕТСЯ ПРОЛОГ КНИГИ, ОЗАГЛАВЛЕННОЙ «ДРЕВО БИТВ», СОЗДАННОЙ И НАПИСАННОЙ ДОСТОПОЧТЕННОЙ И РЕЛИГИОЗНОЙ ОСОБОЙ, МАГИСТРОМ ОНОРЕ БОНОРОМ, ПРИОРОМ САЛОНА И ДОКТОРОМ ДЕКРЕТОВ.

Священной короне Франции, в которой ныне по повелению Божьему правит Карл пятый этого имени, весьма любимый и повсюду в мире устрашающий, да будут возданы хвала, слава и победа над всеми земными владениями. Высочайший Государь, я, называемый по праву моему Оноре Бонор, приор Салона, недостойный доктор декретов, часто имел желание составить и скомпилировать, согласно моему слабому разумению, эту маленькую книгу в честь Бога, прежде всего Его благословенной Матери, и Вашего высокого господства, Государь. И причины, которые побудили и подтолкнули меня сделать это, достаточно веские, по моему мнению.

Во-первых, состояние Святой Церкви находится в такой скорби и смятении, что если Бог не приложит лекарство, а также Ваше Господство, которое привыкло завершать и доводить до конца славные приключения христианской веры, я не вижу ни пути, ни дороги, как можно было бы достичь хорошего и скорого согласия.

Вторая причина состоит в том, что вы видите все христианство настолько обремененным войнами, ненавистью, грабежами и раздорами, что с большим трудом можно назвать хоть одну маленькую страну, будь то графство или герцогство, которая была бы в мире.

Третья причина состоит в том, что земля Прованса, где я родился и вырос, в настоящее время настолько изменена из-за смены благородного господства и из-за разнообразия мнений, существующих между дворянами и общинами, что с большим трудом человек, будь он хоть мудрецом, мог бы перечислить беды, которые терпят люди страны из-за этого спора.

Четвертая причина заключается в том, что я рассматриваю многие вещи, сказанные великими современными клириками, которые полагают, что хорошо понимают древние пророчества, говорящие о нынешних бедах, и говорят, что кто-то из высокого рода Франции должен быть тем, через кого будут даны лекарства страдающему веку, и поставлен в великое бедствие, по каковским причинам я постарался сделать нечто новое, чтобы ваша юность была информирована о многих смыслах Священного Писания, а также чтобы ваша особа была более склонна оказывать помощь святой вере Иисуса Христа и сделать так, чтобы пророчества, которые относятся к вашей достойной особе, и писания были подтверждены вашими добрыми делами, если вы позволите, мой высочайший Государь, чтобы ничто из того, что я говорю в этой книге, не было пренебрежено, ибо то, что я поместил в нее, берет свое основание на каноническом и гражданском праве и на естественной философии, которая есть не что иное, как разум природы, и будет называться эта книга «Древо битв», чтобы снабдить которую книгой мне нужно найти материал, подходящий для этого, поэтому мне пришло в воображение сделать Древо Скорби, над которым вы сможете увидеть царства Святой Церкви в великих и чудесных скорбях. После вы сможете увидеть великий раздор, который существует сегодня между королями и христианскими государями. Подобным образом вы сможете увидеть великий раздор и ропот, который существует между дворянами и общинами. И я разделю мою Книгу на четыре главные части, как это полностью разъяснено ниже, из которых в первой части будет упомянуто о скорбях церкви, бывших прежде пришествия Иисуса Христа, нашего Спасителя. Во второй части будет трактоваться о разрушении четырех великих королевств в прошлом. В третьей части будет трактоваться о битвах в общем. В четвертой части будет сказано о битвах в частности.

¶ КАКИЕ ВЕЩИ ДОЛЖНЫ БЫТЬ СДЕЛАНЫ ВСЕМИ ДОБРЫМИ КОРОЛЯМИ И ГОСУДАРЯМИ.

ГЛАВА CLXXVI.

Мы скажем кое-что о королях, потому что после Императора они являются наиболее почитаемыми среди всех других государей. И все же это имя короля согласно Священному Писанию, казалось бы, обладает большим превосходством, чем имя Императора, ибо наш Господь именуется и называется во многих местах и частях Священного Писания Царем царей и Господом господствующих.

Также благословенный сын Божий в некоторых местах Священного Писания называется сыном царя Давида по человечеству. И так превосходством этого имени короля мы называем тех, кто королевского рода. И кроме того, согласно доктрине и учению моего господина, святого апостола Павла, который проповедовал народу, увещевая их, чтобы ради чести и почтения к Богу они были подчинены всякому человеческому творению и в особенности королю, как самому благородному и превосходному из всех других, тем самым одобряя достоинство этого имени короля.

И чтобы сказать нечто доброе и примечательное, в чем юные короли могли бы найти удовольствие. Король, который хочет быть добрым воином, должен быть мудрым, гордым и мужественным, и быть господином своих людей, как ястреб-перепелятник, и быть милосердным и строгим, когда это необходимо, и чтобы в нужде он был первым в оружии, если хочет быть счастливым. Чтобы вернуться к нашему предложению и т. д.

Много других прекрасных и примечательных вещей, относящихся ко всем добрым королям и государям, я мог бы еще сказать и найти достаточно. Но на данный момент я не думаю больше ничего писать в этой книге, ибо я совсем устал. Тем не менее, придет время, если Бог даст мне пространство для жизни, что я напишу некоторые вещи о поведении всех людей, будь то церковные или светские, мужчины или женщины, что им необходимо иметь, как можно ближе к Священному Писанию и писаному праву согласно достоинствам их должностей. И я смиренно и благоговейно молю нашего Господа, чтобы по Своей святой благодати Он дал Вам таким образом управлять Вашим Королевством и Священной Короной, которую Он Вам доверил, что после конца Он поведет и приведет Вас к святой славе Рая, которая никогда не закончится. Аминь.

¶ Здесь заканчивается книга, озаглавленная «Древо битв».

В Предисловии к изданию, напечатанному Антуаном Вераром в Париже 8 июня 1493 года, есть несколько вариаций; и предложение, в котором встречается имя автора, звучит так: «Мой высочайший и устрашающий Государь, я часто имел желание сделать эту настоящую книгу», — опуская имя вовсе. Последняя глава труда пронумерована cxxxxii в издании Верара и заканчивается так же, как и другие.

Оригинальный труд имеет многочисленные рукописные копии, а также несколько ранних печатных изданий; но они, как отмечает выдающийся французский антикварий, «toutes rares, toutes fautives et defecteuses» (все редкие, все ошибочные и дефектные). В издании Верара, например, имя Карла VI, которому автор посвятил труд, изменено на Карла VIII, чтобы сделать комплимент правящему государю; и в этих изданиях имя автора дается как Оноре Боннер, вместо Бонне. Условия посвящения автора (говорит г-н Полен Пари) естественным образом относят нас к первым годам прибытия Людовика II Анжуйского к суверенитету Прованса, то есть с 1384 по 1390 год. Карл VI, победитель при Розбеке, был еще молод, и раскол Церкви достиг точки величайшего насилия.

Анализ труда г-на Пари очень краток и может быть процитирован его собственными словами:— «Древо Оноре Бонне представляет четыре главные ветви, 1. Церковь в расколе. 2. Короли на войне. 3. Вельможи в раздоре. 4. Народы в восстании. Но автор кажется очень мало заботящимся о соблюдении какого-либо порядка в своей работе. После того как в первых главах он применил пророчество о пяти ангелах Апокалипсиса к церковной истории XIV века, он резюмирует деяния древности, затем наконец излагает теорию поведения оружия, прав и обязанностей всех вассалов, рыцарей и военных людей».

Автор, Оноре Бонне, был монахом в аббатстве Иль-Барб в Лионе и приором Саллона в Провансе. Его имя, которое часто дается как Боннор, или Бонхор, или Бонноз, было установлено путем изучения почти двадцати древних рукописей в Королевской библиотеке в Париже как Бонне. Провансальский перевод, сделанный в 1429 году по приказу Моссена Рамона де Кулдеса, хранится в той же коллекции, № 7450; а также перевод на каталанский диалект, рукопись № 7807. Есть некоторые указания на то, что Кэкстон частично перевел этот труд в 1490 году, но ни одной копии не известно. Оригинальный труд был впервые напечатан в Лионе Бартелеми Бюйе в 1477 году, фолио; и другое издание в Лионе в 1481 году. Он был снова напечатан в Париже Антуаном Вераром в 1493 году, фолио, из которых в Королевской библиотеке в Париже есть великолепная копия, напечатанная на пергаменте, с иллюстрациями, — первая представляет Карла VIII, принимающего труд от печатника Верара, который, как уже было замечено, заменил имя правящего монарха вместо Карла VI Французского, по чьей просьбе труд был первоначально написан. Ван Прает описывает эту копию и упоминает две другие копии на пергаменте, но ни одна из них не является полной. Расхождения, существующие между ранними рукописными и печатными копиями, легко объяснят вариации, которые будут очевидны при сравнении перевода сэра Гилберта Хэя с предыдущими отрывками. Следует также признать, что для современного читателя «Книга битв» Бонне достаточно утомительна и неинтересна; и не должно вызывать удивления, что автор, как он признает в своей заключительной главе, устав от своей задачи, прервался внезапно — «Mais pour le present je ne pense plus riens a escripre en ce Livre, car j'en suis tout lasse»; или, как сэр Гилберт Хэй выражает это в своем переводе — «Но по доброй вере доктор говорит, что он был так утомлен писанием, что не мог больше как сейчас, ничем другим заняться, кроме как поместить в эту книгу битв» и т. д.

II. КНИГА РЫЦАРСТВА.

Хотя она добавлена к «Книге битв», нет никаких доказательств того, что она была написана тем же автором. Оригинальный труд, озаглавленный «Le Livre de l'Ordre de Chevalerie», является анонимным. Копия его содержится в великолепном томе, написанном на пергаменте и иллюминированном для Генриха VII Английского, который составляет часть Королевской коллекции рукописей в Британском музее (MSS. Bibl. Reg. 14 E. II. Art. 5). Труд также существует в печатной форме, хотя сейчас он является большой редкостью. «L'Ordre de Chevalerie, auquel est contenue la maniere comment en doit, faire les Chevaliers, et de l'honneur qui à eux appartient, et de la dignité d'iceulx; compose par ung Chevalier, lequel en sa veillesse fut Hermite». Лион, Винсент де Портунарис де Трине, 1510, в фолио, готический шрифт. Однако доказательством большой популярности труда является то, что копия его попала в руки нашего почтенного типографа Уильяма Кэкстона (который, вероятно, никогда не слышал о предыдущей версии сэра Гилберта Хэя), он добавил ее к своим другим переводам с французского и, напечатав свой собственный перевод, адресовал том королю Ричарду Третьему. Он не имеет даты, но должен был быть напечатан около 1484 года; и его издание признано одним из самых редких образцов его пресса. Льюис в своей «Жизни Кэкстона» (1737), Олдис в своем «Британском библиотекаре» (1738), Эймс и Герберт в своих «Типографских древностях» (1749 и 1785) и Дибдин в своем расширенном издании этого труда (1810), а также в своей «Bibliotheca Spenceriana» (1815) — каждый из них дал более или менее подробный отчет о переводе Кэкстона.

В Эдинбургской библиотеке адвокатов, среди собрания рукописей, принадлежавших сэру Джеймсу Бальфуру из Денмилна, лорду-лиону в правление Карла I, находится том, которому он предпослал заглавие: «Collectanea Domini Davidis Lyndesay de Monthe Militis Leonis Armorum Regis». Этот том описан доктором Лейденом в предисловии к его переизданию «Жалобы Шотландии», однако он смешал двух лиц с одинаковыми именами, занимавших одну и ту же должность с интервалом в полвека. Том, в котором нет ничего, что связывало бы его с поэтом сэром Дэвидом Линдсеем, упоминается здесь, поскольку содержит копию «Книги рыцарства» без имени переводчика. Очевидно, это копия с печатного издания Кэкстона, в которой опущено заключительное обращение к Ричарду III, где Кэкстон называет себя переводчиком; переписчик же проявил собственное усмотрение, адаптировав язык к шотландской орфографии и диалекту.

Доктор Лейден обходит эту часть рукописи весьма кратко и странным образом утверждает, что она, наряду с «Книгой о гербах», которая непосредственно следует за ней в рукописи Линдсея, была переписана из «Трактата об охоте, соколиной охоте и т. д.» дамы Джулианы Бернерс, обычно известного как «Книга Сент-Олбанса».

Следующие отрывки из копии книги Кэкстона, хранящейся в Британском музее, будут достаточны, чтобы дать читателю некоторое представление о самом произведении и позволить сравнить английскую и шотландскую версии. Первый лист здесь приведен готическим шрифтом, строка за строкой, в подражание оригиналу:

¶ Здесь начинается Оглавление

этой настоящей книги, озаглавленной

Книга об ордене рыцарства

или Рыцарстве.

Во славу и божественную

славу Бога, который есть Господь и

верховный царь над всем

небесным и земным, мы

начинаем эту книгу об ордене рыцарства

Дабы показать, что по подобию

Бога, всемогущего князя, который властвует

над семью планетами, что совершают

небесный ход, и имеют силу и

власть управлять и упорядочивать

тела земные и мирские, так же

должны короли, принцы и

великие лорды иметь власть и господство

над рыцарями. А рыцари

подобным образом должны иметь власть

и господство над простым народом.

И эта книга содержит 8 глав.

¶ Первая глава гласит, как рыцарь,

ставший отшельником, изложил оруженосцу

правило и орден рыцарства.

¶ Вторая — о начале рыцарства.

¶ Третья — об обязанностях рыцарства.

¶ Четвертая — об испытании, которое должно

быть проведено для оруженосца, когда он желает вступить

в орден рыцарства.

¶ Пятая — о том, каким образом оруженосец

должен принять рыцарство.

¶ Шестая — о значении

оружия, принадлежащего рыцарю, по порядку.

¶ Седьмая — об обычаях, подобающих

рыцарю.

¶ Восьмая — о почестях, которые должны

быть оказаны рыцарю.

¶ Так заканчивается оглавление книги

Рыцарства.

¶ Далее следует содержание и суть сей упомянутой Книги.

И первая глава гласит, как добрый отшельник изложил оруженосцу Правило и орден Рыцарства.

Была одна страна, в которой жил мудрый рыцарь, долгое время поддерживавший Орден Рыцарства силой и благородством своего высокого мужества и мудрости, и, рискуя собой, участвовавший в войнах, турнирах и состязаниях, и во многих битвах одержавший много славных и благородных побед. И поскольку он видел и размышлял в своем сердце, что не сможет долго прожить, будучи по ходу природы близок к своему концу, он выбрал для себя отшельничество, ибо природа его ослабла от старости, и не было у него сил и доблести владеть оружием, как он привык делать. И тогда свои наследные земли и все богатства он оставил своим детям, а сам поселился в великом лесу, изобилующем водами, большими деревьями и высокими плодовыми деревьями разных видов, и бежал от мира, ибо слабость тела, в которую он впал от старости,

И чтобы он не обесчестил то, что в почетных и полных приключений делах долгое время было почитаемо.

Тот же рыцарь, размышляя о смерти, помнил об уходе из этого мира в иной, а также думал о весьма грозном суде Господнем, на который ему надлежало явиться в день Суда. В одной из частей того же леса был прекрасный луг, на котором росло дерево, в свое время хорошо нагруженное плодами, которыми рыцарь питался в лесу. И под тем же деревом был источник, весьма прекрасный и чистый, который орошал и увлажнял весь луг. И в том же месте рыцарь привык бывать каждый день, чтобы молиться и поклоняться Богу Всемогущему, Которому он воздавал благодарность за честь, оказанную ему в этом мире во все дни его жизни. В то время случилось, что в начале суровой зимы один король, весьма благородный, мудрый и полный добрых обычаев, послал за многими дворянами, желая устроить великий двор. И из-за великой славы этого двора случилось так, что один оруженосец решил отправиться туда в намерении, что там он будет посвящен в рыцари.

¶ Так, едучи в одиночестве на своем палфри, случилось, что от усталости, которую он претерпел в пути, он уснул на своем коне.

¶ В то время, пока он ехал так, спя, его палфри сошел с верной дороги и вошел в лес, где находился рыцарь-отшельник. И ехал он так долго, что пришел к источнику в то самое время, когда рыцарь, живший в лесу, чтобы нести свое покаяние, пришел туда, чтобы молиться Богу и презирать суету мира сего, как он привык делать каждый день. Когда он увидел оруженосца, он оставил свою молитву и сел на лугу в тени дерева, и начал читать маленькую книгу, которую держал на коленях. И когда палфри подошел к источнику, он начал пить, а оруженосец, который спал, тотчас почувствовал, что его конь не движется, и легко проснулся. И тогда к нему подошел рыцарь, который был очень стар, имел большую бороду, длинные волосы и слабое платье, изношенное и порванное от долгого ношения. И от покаяния, которое он ежедневно совершал, он был очень бледен и худ, и от слез, которые он пролил, глаза его были сильно истощены, и имел он вид или облик весьма святой жизни. Каждый из них изумился другому, ибо рыцарь, который долго был в своем отшельничестве, не видел ни одного человека с тех пор, как оставил мир. И оруженосец сильно удивился, как он попал в это место. Тогда оруженосец сошел со своего палфри и поклонился рыцарю. И рыцарь принял его весьма мудро, и после они сели на траву один возле другого. И прежде чем кто-либо из них заговорил, каждый смотрел на лицо другого. Рыцарь, который знал, что оруженосец не захочет говорить первым, потому что хотел оказать ему почтение, заговорил первым и сказал: «Добрый друг, каково ваше намерение или цель, и куда вы направляетесь, зачем вы пришли сюда?» «Сир, — сказал он, — слава разнеслась по дальним странам, что король, весьма мудрый и благородный, созвал общий двор и желает сам стать новым рыцарем, а после посвятить и сделать других новых рыцарей, чужеземных баронов и приближенных. И поэтому я иду к этому двору, чтобы быть посвященным в рыцари. Но когда я спал от усталости, которую я имел от великих переходов, что я совершил, мой палфри сошел с верной дороги и привел меня в это место». Когда рыцарь услышал о рыцарстве и ордене, и вспомнил об ордене того же самого, и о том, что подобает рыцарю, он испустил великий вздох и погрузился в глубокую думу, вспоминая честь, в которой рыцарство так долго поддерживалось.

¶ В то время, пока рыцарь так размышлял, оруженосец спросил его, о чем он так задумался.

¶ И рыцарь ответил ему:

¶ «Добрый сын, моя мысль — об ордене Рыцарства и о величии, в котором рыцарь обязан поддерживать величие чести рыцарства». Тогда оруженосец попросил рыцаря, чтобы тот рассказал ему об ордене и порядке, почему его следует лучше почитать и хранить в высоком благоговении, как это должно быть по установлению Божьему.

¶ «Как же, сын, — сказал рыцарь, — разве ты не знаешь, что такое правило и орден рыцарства? И я удивляюсь, как ты осмеливаешься просить о рыцарстве, прежде чем узнаешь орден».

¶ «Ибо ни один рыцарь не может любить орден, ни то, что принадлежит его ордену, если он не может знать недостатки, которые он совершает против ордена рыцарства».

И ни один рыцарь не должен посвящать в рыцари, если он сам не знает орден.

Ибо беспорядочный рыцарь — тот, кто делает рыцаря и не может показать ему орден, ни обычай рыцарства.

¶ В то время, пока рыцарь говорил эти слова оруженосцу, который просил рыцарства, не зная, что такое рыцарство, оруженосец ответил и сказал рыцарю: «Сир, если будет на то ваша воля, я умоляю вас, чтобы вы сказали и поведали мне об ордене рыцарства».

«Ибо мне кажется и думается, что я должен изучить его из-за великого желания, которое я имею к тому. И по мере моих сил я буду следовать ему, если вам будет угодно научить, показать и преподать его мне».

¶ «Друг, — сказал рыцарь, — правило и орден рыцарства написаны в этой маленькой книге, которую я держу здесь в своих руках, в которой я читаю и бываю занят порой, дабы она заставляла меня помнить или думать о благодати и доброте, которую Бог дал и оказал мне в этом мире, потому что я почитал и поддерживал всеми своими силами орден рыцарства. Ибо точно так же, как рыцарство дает рыцарю все, что ему подобает, точно так же рыцарь должен отдать все свои силы, чтобы почитать рыцарство».

¶ Тогда рыцарь передал оруженосцу маленькую книгу.

¶ И когда он прочитал в ней, он понял, что рыцарь единственный среди тысячи людей избран достойным иметь более благородную должность, чем все тысячи. И он также понял из этой маленькой книги правило и орден рыцарства. И тогда он немного призадумался и после сказал: «О сир, благословенны будьте вы, что привели меня в место и во время, когда я получил знание о Рыцарстве, которое я долгое время желал, не зная ни благородства ордена, ни чести, в которую Господь наш Бог поставил всех тех, кто находится в ордене Рыцарства».

¶ Рыцарь сказал: «Добрый сын, я старый человек и слабый, и не могу отныне долго жить. И поэтому эту маленькую книгу, которая создана для преданности, верности и установления, которое рыцарь должен иметь, храня свой орден, вы возьмете с собой ко двору, куда вы направляетесь, и покажете всем тем, кто хочет стать рыцарями. И когда вы будете вновь посвященным рыцарем и вернетесь в свою страну, приходите снова в это место. И дайте мне знать, кто те, что были сделаны новыми рыцарями и были послушны учению рыцарства». Тогда рыцарь дал оруженосцу свое благословение, и он взял с него прощание, и взял книгу весьма благоговейно. И после взошел на своего палфри и поехал поспешно ко двору. И когда он приехал, он представил книгу весьма мудро и чинно благородному королю, и более того, он предложил, чтобы каждый благородный человек, который хотел бы быть в ордене Рыцарства, мог иметь копию упомянутой книги, дабы он мог видеть и изучать орден рыцарства и Рыцарства.

¶ Здесь заканчивается книга об ордене Рыцарства, которая переведена с французского на английский по просьбе благородного и знатного оруженосца мною, Уильямом Кэкстоном, живущим в Вестминстере близ Лондона, наилучшим образом, как Бог позволил мне, и в соответствии с копией, которую упомянутый оруженосец передал мне. Эту книгу не обязательно иметь каждому простолюдину, но благородным джентльменам, которые своей добродетелью стремятся прийти и вступить в благородный орден рыцарства, который в эти последние дни использовался в соответствии с этой книгой, написанной ранее, но забыт, а упражнения рыцарства не используются, не почитаются и не практикуются, как это было в древние времена, в которые благородные деяния рыцарей Англии, использовавших Рыцарство, были прославлены по всему миру. Если говорить до воплощения Иисуса Христа, где были когда-либо подобные Брению и Белину, которые из Великой Британии, ныне называемой Англией, до Рима и далеко за его пределы завоевали многие королевства и земли, чьи благородные деяния остаются в старых историях римлян. И после воплощения Господа нашего, посмотрите на того благородного короля Британии короля Артура, со всеми благородными рыцарями круглого стола, чьи благородные деяния и благородное рыцарство его рыцарей занимают так много больших томов, что это целый мир, или как нечто невероятное, чтобы верить. О вы, рыцари Англии, где обычай и использование благородного рыцарства, которое использовалось в те дни? Что вы делаете сейчас, кроме как ходите в бани и играете в кости? И некоторые, не слишком благоразумные, не используют честное и доброе правило против всякого ордена рыцарства. Оставьте это, оставьте это и читайте благородные тома о святом Граале, о Ланселоте, о Галааде, о Тристане, о Перефоресте, о Персивале, о Гавейне и многих других. Там вы увидите мужество, учтивость и благородство. И посмотрите на последние дни благородных деяний со времен завоевания, как в дни короля Ричарда Львиное Сердце, Эдуарда Первого и Третьего, и его благородных сыновей, сэра Роберта Ноллса, сэра Джона Чандоса и сэра Готье Манни, читайте Фруассара. И также посмотрите на того победоносного и благородного короля Генриха Пятого и капитанов под его началом, его благородных братьев, графа Солсбери Монтегю и многих других, чьи имена сияют славно благодаря их добродетельному благородству и деяниям, которые они совершили в честь ордена рыцарства. Увы, что вы делаете, кроме как спите и отдыхаете, и все вы беспорядочны в рыцарстве? Я хотел бы задать вопрос, если бы я не был неприятен: сколько рыцарей есть сейчас в Англии, которые имеют использование и упражнение рыцаря, то есть, что он знает своего коня, и его конь его, то есть сказать, он будучи готовым в любой момент иметь все, что подобает рыцарю, коня, который соответствует и объезжен по его руке, его доспехи и снаряжение подходящие и сидящие, и так далее. Я полагаю, если бы был сделан должный поиск, нашлось бы много тех, кому не хватает, тем больше жалость. Я хотел бы, чтобы нашему суверенному Лорду было угодно, чтобы дважды или трижды в год, или по крайней мере однажды, он приказал провозгласить турниры мира, дабы каждый рыцарь имел коня и доспехи, а также использование и ремесло рыцаря, а также турнировать один против одного, или двое против двоих. И лучший должен получить приз, алмаз или драгоценность, такую, какая понравилась бы принцу. Это заставило бы джентльменов вернуться к древним обычаям рыцарства к великой славе и известности. А также быть всегда готовыми служить своему принцу, когда он призовет их или будет иметь нужду. Тогда пусть каждый человек, который происходит из благородной крови и стремится прийти к благородному ордену рыцарства, прочитает эту маленькую книгу и поступает согласно ей, храня учение и заповеди, в ней содержащиеся. И тогда я не сомневаюсь, он достигнет ордена рыцарства, и так далее.

¶ И таким образом эту маленькую книгу я представляю моему грозному, естественному и самому почитаемому суверенному лорду королю Ричарду, королю Англии и Франции, дабы он приказал эту книгу иметь и читать другим молодым лордам, рыцарям и джентльменам внутри этого королевства, чтобы благородный орден рыцарства был впредь лучше используем и почитаем, чем он был в последние прошедшие дни. И в этом он совершит благородное и добродетельное дело, и я буду молить всемогущего Бога о его долгой жизни и процветающем благополучии, и чтобы он мог иметь победу над всеми своими врагами, и после этой короткой и преходящей жизни иметь вечную жизнь на небесах, где есть радость и блаженство, во веки веков. Аминь.

III. КНИГА ОБ УПРАВЛЕНИИ ПРИНЦАМИ.

Это весьма популярное произведение является переводом «Тайны тайн», ложно приписываемой Аристотелю. Его популярность была столь велика, что известно не менее девяти английских переводов и шести французских переводов. Вероятно, сэр Гилберт Хэй сделал свою версию с одного из французских переводов, бытовавших в пятнадцатом веке.

Обращаясь теперь к сэру Гилберту Хэю, переводчику «Ордена рыцарства» и других работ с французского, приходится сожалеть, что мы не располагаем какими-либо достоверными сведениями о нем. Некоторая неопределенность, которая преобладает в отношении его происхождения, возникает из того обстоятельства, что имя Гилберт в семье Эррол, с которой, как мы можем предположить, он был близко связан, встречалось очень часто. Хэи из Эррола, глава имени в Шотландии, появляются в публичных записях как наследственные констебли Шотландии еще до конца двенадцатого века. Не вдаваясь далее в их генеалогию, как она представлена в «Пэрстве Шотландии» Дугласа и Вуда, том I, стр. 544 и далее, и в подобных работах, можно кратко заметить, что в течение пятнадцатого века —

I. Сэр Томас Хэй из Эррола, констебль Шотландии, умер в 1406 году. Он женился в 1372 году на Элизабет, третьей дочери короля Роберта II от его первой жены Элизабет Мьюр, и имел двух сыновей: сэра Уильяма, который наследовал, и Гилберта Хэя, который назван из Дронло; а также трех дочерей, младшая из которых, Алисия, вышла замуж за сэра Уильяма Хэя из Лочаррета.

II. Сэр Уильям Хэй из Эррола, который наследовал в 1406 году, умер в 1436 году. От своей жены Маргарет, дочери сэра Патрика Грея из Броксмаута, он имел двух сыновей: Гилберта и Уильяма Хэя из Урри в графстве Кинкардин.

III. Гилберт Хэй, старший сын сэра Уильяма, был одним из заложников, отправленных в Англию в 1412 году, а затем в 1424 году для выкупа короля Якова I, который находился в плену восемнадцать лет. В последний раз он назван «Gilbertus Primogenitus et Hæres Willielmi Constabularii Scotiæ», его годовой доход оценивался в 800 марок; и в то время «Гилберт из Хэя просит охранную грамоту для 3 слуг». (Rymer's Fœdera, том X, стр. 327). В 1426 году он имел охранную грамоту. Он умер в Англии вскоре после 1426 года, оставив от своей жены Алисии, дочери сэра Уильяма Хэя из Йестера, двух сыновей: Уильяма и Гилберта.

IV. Сэр Уильям Хэй наследовал своему деду в 1436 году и был возведен в достоинство графа Эррола в 1452-3 году. Он женился на Беатрис Дуглас, дочери Джеймса, третьего лорда Далкита. Его брат Гилберт, который наследовал своему дяде Уильяму Хэю из Урри, получил хартию на земли Урри в графстве Кинкардин 12 августа 1467 года и умер до сентября 1487 года. Графу Эрролу, который умер около 1460 года, наследовал его старший сын,

V. Николас, второй граф Эррол. Он умер бездетным в 1470 году, и ему наследовал его брат,

VI. Уильям, третий граф Эррол, который прожил до 1506 года.

Этот краткий обзор Хэев из Эррола в течение пятнадцатого века может послужить руководством для наших предположений в отношении сэра Гилберта Хэя. Мы вправе предположить, что он родился около начала этого века. Нет никаких доказательств того, что кто-либо из младших сыновей в семье Эррол в этот период имел честь рыцарства; и поэтому можно предположить, что он был сыном сэра Уильяма Хэя из Лочаррета, одна из дочерей которого, Джейн, была замужем за сэром Александром Хоумом из Дангласа, который сопровождал шотландские войска под командованием графа Дугласа во Францию и который погиб вместе с графом в битве при Вернёе 17 августа 1424 года. По крайней мере, несомненно, что Гилберт Хэй получил хорошее образование, и, по-видимому, он продолжал обучение в Университете Сент-Эндрюса, который был основан в 1411 году. Это мы устанавливаем из «Acta Facult. Art. Univers. S. Andreæ», где имя «Gylbertus Hay» встречается среди детерминантов, или бакалавров искусств, в 1418 году. В следующем году «Gilbertus de Haya, Magister» включен в более высокую степень среди лиценциатов, или магистров искусств. Одним из его сокурсников был Уильям Тернбулл, который впоследствии стал последовательно доктором права, архидиаконом Сент-Эндрюса, хранителем Тайной печати и епископом Глазго; и который примерно за три года до своей смерти так почетно отличился, основав Колледж Глазго в 1452-3 году.

После получения степени магистра в Сент-Эндрюсе Гилберт Хэй отправился во Францию, но было ли это для завершения образования или он был отправлен с какой-то особой миссией, остается только предполагать. Возможно, что, как и многие младшие сыновья в знатных шотландских семьях, как в ранние, так и в более поздние времена, он отправился за границу, чтобы попытать счастья; и таким образом, подобно Квентину Дорварду, впервые обращаясь к Людовику XI, он мог бы сказать: «Я не знаю, кому имею честь представляться, но мне безразлично, кто знает, что я младший сын из Шотландии и что я пришел искать счастья во Франции или где-либо еще, по обычаю моих соотечественников». Будет видно, что он называет себя «Гилберт из Хэя, рыцарь, магистр искусств и бакалавр декретов» — титулы, выражающие академические отличия; а также «бывший камергер достойнейшего короля Франции Карла». Доктор Маккензи, упустив очевидное значение этих слов в положении «umquhile» (бывший), вместо «покойный камергер короля» сделал его «камергером Карла VI, короля Франции». Но тот монарх начал свое правление в 1380 году и умер в 1422 году, вероятно, до того, как Хэй ступил на французскую землю. Его сын, Карл VII, взошел на престол в 1422 году и прожил до 1461 года. Сэр Вальтер Скотт в «Квентине Дорварде», глава V, дал очень яркое описание Шотландской гвардии лучников, которая была учреждена Карлом VI и состояла из избранного числа шотландцев, поставляемых из избыточного населения их родной страны. Поэтому не является невероятным предположение, что Гилберт Хэй мог быть одним из них и, подобно вымышленному персонажу в упомянутом художественном произведении, таким образом попал под особое внимание французского короля и таким образом получил покровительство Карла VII. Другим событием, которое могло способствовать тому, что он занимал официальную должность при королевском дворе, был союз между Маргаритой, старшей дочерью Якова I Шотландского, и дофином Франции. Это произошло в июле 1436 года, когда ей было всего двенадцать лет; и ее сопровождал ряд знатных лиц, некоторые из которых остались у нее на службе. Как бы то ни было, и не пытаясь строить догадки о том, по какому случаю Хэй получил рыцарское звание, мы знаем из отрывка, который будет упомянут позже, что он проживал во Франции в течение двадцати четырех лет; и он мог вернуться в свою родную страну вскоре после смерти юной принцессы. Она умерла от разбитого сердца в августе 1445 года, или за шестнадцать лет до того, как ее муж, чей характер так искусно изображен Скоттом, взошел на престол под именем Людовика XI.