«Анекдоты и случаи из жизни глухонемых»

Анекдоты и случаи

из жизни

глухонемых.

У. Р. Роу, M. C. T. D. & D.,

Директор Мидлендского института для глухонемых, Дерби, автор книги «Элис Грей: правдивая история» и др.

ДЕРБИ: ФРЭНСИС КАРТЕР, АЙРОН-ГЕЙТ.

1886.

ПРЕДИСЛОВИЕ.

Глухонемые не могут помочь себе сами, как другие. С колыбели они отрезаны от своих ближних. Они могут лишь кричать, подобно бессловесному животному, чтобы выразить свои страдания и желания. Только Бог может знать горечь сердца, одиночество глухонемого ребенка из бедной семьи, растущего в мире без речи и звуков — в безмолвии длиною в жизнь! Возможно, он понимает улыбку матери, но ее утешительный голос никогда не успокоит и не порадует его. В то время как другие растут в любви, жизни и разуме, его сердце холодеет, а ум слабеет. Только при надлежащем обучении, полученном в раннем возрасте, глухонемой может перестать быть обузой для других и для самого себя.

Анекдоты на следующих страницах, несомненно, будут прочитаны с немалым любопытством, и есть надежда, что публикация этой небольшой книги принесет некоторую финансовую помощь Мидлендскому институту для глухонемых в Дерби.

В округе, обслуживаемом институтом, который включает шесть графств Мидленда, проживает 1119 глухонемых.

Институт существует за счет добровольных пожертвований.

У. Р. Р.

Мидлендский институт для глухонемых, Фрайар-Гейт, Дерби.

АНЕКДОТЫ

ИЗ ЖИЗНИ

ГЛУХОНЕМЫХ.

ПРОСЬБА О БЛАГОСЛОВЕНИИ.

Маленький мальчик был принят в качестве ученика в Институт для глухонемых в Дерби. До поступления он доставлял родителям и друзьям много хлопот, и были опасения, что он будет не менее беспокойным для тех, кто будет присматривать за ним в институте. К счастью, благодаря твердости и доброте учителей, он очень скоро подчинился правилам и стал хорошим, послушным мальчиком. Наконец пришло время каникул, и этот маленький паренек, среди прочих, отправился домой на отдых. Наступил обеденный час, и, сидя с родителями, он посмотрел на отца и сложил руки вместе. Он хотел, чтобы отец попросил благословения. Отец дал мальчику понять, что не знает, что сказать, и тогда бедный малыш начал плакать. Наконец он придумал план: он сам попросит благословения. Он продиктовал пальцами благословение, которому научился в институте, и заставил своих близких повторять за ним по буквам и по словам, и таким образом преодолел возникшую трудность.

ГЛУХОНЕМЫЕ СВЯЩЕННИКИ.

В Америке есть четыре глухонемых священника, работающих в связи с церковными миссиями для глухонемых. Также в связи с той же миссией работают восемь чтецов-мирян, все из которых глухонемые. — «Мир глухонемых».

КАК СЭКОНОМИТЬ НА МЕСТНЫХ НАЛОГАХ.

В подавляющем большинстве случаев, когда глухонемым позволяют расти необразованными и без присмотра, они становятся обитателями работных домов или сумасшедших домов. Много лет назад Л. К. был взят из работного дома в Дербишире, где он провел несколько лет, обучен и отдан в ученики к мастеру подходящего ремесла; сейчас он уравновешенный, трудолюбивый человек, женат и сам является налогоплательщиком. Это лишь один из многих подобных случаев, с которыми нам приходилось сталкиваться. В некоторых других случаях они изо всех сил стараются содержать овдовевших матерей и сестер.

НЕСЧАСТНЫЙ СЛУЧАЙ СО СМЕРТЕЛЬНЫМ ИСХОДОМ С ГЛУХОНЕМОЙ НЕВЕСТОЙ В ДЕНЬ СВАДЬБЫ.

Следующее взято из «Манчестер Меркьюри энд Харропс Дженерал Адвертайзер» от 10 июня 1800 года: «12-го числа прошлого месяца на острове Англси мистер Генри Секлар, джентльмен, известный своими пешими переходами, женился на мисс Люси Пенкоч (богатой наследнице покойного мистера Джона Хьюза из Богидданхолла), даме весьма красивой, но совершенно глухонемой. Это обстоятельство собрало огромное количество людей, чтобы стать свидетелями церемонии, которая со стороны невесты была буквально исполнена по доверенности. Жених устроил по этому случаю великолепное угощение, но ужасная катастрофа завершила сцену: невеста, спускаясь по лестнице, оступилась и с такой силой упала на стул, что немедленно скончалась».

М. БЕРТЬЕ.

Этот джентльмен, который сейчас является старшим профессором в Парижском институте для глухонемых, описывается как человек редких достоинств, вероятно, превосходящий по литературным способностям и знаниям любого другого глухонемого от рождения, которого может представить любая страна. Он автор нескольких работ, которые сделали бы честь хорошо образованному человеку, чье знание языка было приобретено через слух. Недавно, во время публичного упражнения в институте, он был награжден Президентом Республики крестом Почетного легиона — это первый случай, когда такое отличие было присвоено глухонемому человеку.

«ЕГО НАСТОЯЩЕЕ ИМЯ».

В письме, полученном директором Института для глухонемых в Дерби, одна леди пишет о маленьком мальчике, которому она помогла поступить в институт, и говорит: «За то небольшое время (18 месяцев), что Уильям находится в институте, он удивительно изменился». Она пишет: «Вы знаете, он раньше был таким диким, грязным и небрежным; он всегда ко всем приставал, на самом деле в деревне его называли «Бестолковый немой». Все изменилось; он милый, чистый, хорошо воспитанный мальчик, и люди начинают называть его настоящим именем — Уильям. Мы никогда не забудем того, что вы для него сделали».

ИЗОБРЕТАТЕЛЬНЫЙ МАЛЬЧИК.

Недавно нам показали диковинку — швейную машину, полностью сделанную из дерева. Она была вырезана из обычной сосны обычным перочинным ножом обычным мальчиком — нет, не обычным мальчиком; это была ручная работа глухонемого мальчика, проживающего в Массачусетсе. Агент оставил машину в доме мальчика, и подросток с большой изобретательностью сделал копию машины, причем целиком с помощью перочинного ножа.

«ОЧЕНЬ ГОРДЫЙ».

На собрании, состоявшемся в сельской деревне в поддержку Института для глухонемых в Дерби, на платформе присутствовало несколько учеников. Один из выступавших обратил внимание на смышленого на вид малыша и спросил аудиторию, знают ли они его? И под общий смех рассказал о ранних годах мальчика, о том, как он видел его бегающим босиком и грязным, играющим с самыми плохими мальчишками на улицах; но теперь он полностью изменился в своих привычках и характере. Он продолжил рассказывать небольшой случай, который наблюдал сам несколько недель назад, когда мальчик был дома из института на каникулах. Маленький глухонемой мальчик шел по дороге, выглядя чистым и опрятным, с книгой в руке, когда четверо его старых уличных приятелей, все в грязи, которые должны были быть в школе, увидели его, и один из них крикнул: «Эй, вон наш старый немой идет»; и все четверо пошли ему навстречу и попытались подружиться с ним, но он решил, что они недостаточно чисты для его компании, и спокойно прошел своей дорогой к дому. Мальчики были удивлены и некоторое время смотрели друг на друга; наконец один из них сказал: «О, разве он не стал очень гордым?»

ГЛУХОНЕМОЙ СКУЛЬПТОР В БРЮССЕЛЕ.

Глухонемой скульптор по имени Ван Луи де Кантер недавно получил две награды: одну — серебряную медаль с лентой бельгийских цветов и награду второго класса за свою лучшую работу из мрамора; другую — бронзовую медаль; у него также есть почетный сертификат Бельгийской выставки 1880 года. Отрадно слышать о его успехах и знать, что благодаря своей преданности искусству он будет упорно идти верным путем, чтобы стать гордостью своей страны и своих многочисленных друзей среди глухонемых.

МОНОГРАФИЯ О КОЛЛЕМБОЛАХ И ЩЕТИНОХВОСТКАХ.

Сэра Джона Лаббока, баронета, члена парламента и др.

Эта работа — один из многих великолепных вкладов в литературу по естественной истории, изданных Королевским обществом. В ней рассматриваются любопытные животные, которых автор считает более близкими к насекомым, чем к ракообразным или паукообразным. Она великолепно проиллюстрирована 78 таблицами (31 из них цветные), и все иллюстрации были выполнены кропотливым глухонемым художником, мистером Холликом. Она ознаменует собой эпоху в изучении этих заброшенных, но чрезвычайно любопытных животных, и мы не сомневаемся, что она окупит труд, затраченный на нее автором, художником и Обществом. — Ежедневная газета.

ГРАФИНЯ ОРКНИ.

Следующий любопытный анекдот рассказывают о Мэри, графине Оркни. Она была глухонемой и вышла замуж в 1753 году, общаясь знаками. Она жила со своим мужем, который также был ее двоюродным братом, в его поместье Ростеллан на гавани Корк. Вскоре после рождения первого ребенка няня с немалым изумлением увидела, как мать осторожно приближается к колыбели, в которой спал младенец, явно полная какого-то глубокого замысла. Графиня, полностью убедившись, что ребенок действительно спит, взяла большой камень, который спрятала под шалью, и к ужасу няни — которая, как и все люди низшего сословия в ее стране, да и в большинстве стран, была полностью убеждена в особой хитрости и злобности «немых» — подняла его с намерением с силой бросить вниз. Прежде чем няня успела вмешаться, графиня бросила камень — не в ребенка, как опасалась служанка, а на пол, где он, конечно, произвел большой шум. Ребенок немедленно проснулся и заплакал. Графиня, которая с материнским нетерпением ожидала результата своего эксперимента, упала на колени в порыве радости. Она обнаружила, что ее ребенок обладает чувством, которого не хватало ей самой.

ЭПИТАФИЯ

На кладбище церкви Святого Модвена в Бертон-апон-Тренте, Стаффордшир, была скопирована следующая надпись с надгробия глухонемого человека:

Этот камень был воздвигнут по подписке в память о Томасе Стоксе, эксцентричном и весьма уважаемом глухонемом человеке, более известном под именем «Немой Том», который скончался 25 февраля 1837 года в возрасте 57 лет.

"What man can pause, and charge the senseless dust

With fraud, or subtlety, or aught unjust?

How few can conscientiously declare

Their acts have been as honourably fair?

No gilded bait, no heart ensnaring meed,

Could bribe poor Stokes to one dishonest deed:

Firm in attachment, to his friends most true—

Though deaf and dumb he was excell'd by few.

Go ye, by nature formed, without defect,

And copy Tom, and gain as much respect."

СЧАСТЛИВОЕ СМЕРТНОЕ ОДРЕ.

Не так давно в графстве Уэксфорд, Ирландия, умер глухонемой сапожник по имени Генри Планкетт. Он много лет был истинным и искренним христианином, и поэтому, когда пришло время умирать, он не боялся, а радовался мысли о встрече со своим Спасителем. В последние несколько часов своей земной жизни он испытывал сильную боль, но был в полном сознании и знаками показывал, что если бы дом был полон золота, он не взял бы его, чтобы жить, ибо, указывая рукой вверх, говорил: «Я хочу уйти наверх». Женщине, которая ухаживала за ним, он знаками показал: «Не волнуйтесь, никогда; я иду к Иисусу». «Контраст между белым, как мрамор, лицом и длинными черными как смоль волосами и бородой поразителен», — писал священник, приславший это сообщение вскоре после его смерти. Но как бы прекрасно он ни выглядел в смерти, он выглядит гораздо прекраснее на небесах, где он сейчас находится, облаченный в белые одежды Христовой праведности, которые Он приготовил для всех, кто истинно любит и служит Ему.

ПРЕДСТОЯЩЕЕ МЭРСТВО.

Парадная карета для избранного лорд-мэра будет предоставлена мистером Дж. Оффордом с Уэллс-стрит и Брук-стрит, который также поставил колесницу для шерифа мистера Джонсона. Карета для нового лорд-мэра вполне соответствует современным идеям и вкусу. Боковые окна, вместо того чтобы быть закругленными по углам, как раньше, сделаны почти квадратными, чтобы следовать очертаниям кузова. Это новшество делает кузов кареты намного легче обычного и более элегантным на вид. Еще одно «нововведение» — покраска. До сих пор было принято красить нижнюю часть кареты в белый или серовато-коричневый цвет, оттененный тем же цветом, что и кузов, но в данном случае все транспортное средство было выкрашено в темно-зеленый цвет, фамильный цвет избранного лорд-мэра, с крупными золотыми линиями на кузове и золотым и красным цветом на ходовой части. Естественная элегантность этого цветового решения подчеркивается красивой геральдической росписью герба Сити и гербов гильдий торговцев рыбой и изготовителей очков, членом которых является олдермен мистер Ласк. Они были выполнены мистером Д. Т. Бейкером, знаменитым глухонемым художником. — «Таймс», 1883.

ГЛУХОНЕМЫЕ В ТЕХАСЕ.

У глухонемых в Техасе мало шансов. Один из них подошел к фермерскому дому и, когда его спросили, что ему нужно, полез рукой в карман за карандашом, и был тут же застрелен фермером, который подумал, что его гость тянется за пистолетом.

ИНДЕЙЦЫ И ГЛУХОНЕМЫЕ.

Мы совершенно уверены, что индейцы были в восторге от приема, оказанного им детьми государственных школ и воспитанниками институтов для слепых и глухонемых в прошлую пятницу в Музыкальной академии, но их счастье стало полным в воскресенье вечером в отеле «Ла Пьер» благодаря визиту, который они получили от шести учениц Института для глухонемых в сопровождении директора мистера Фостера и одного из учителей. По прибытии в отель их встретил мистер Уэлш, гуманный комиссар, и проводил в хорошо обставленную частную гостиную, где их представили одного за другим генералу Смиту и его индейцам, чьи лица ясно выражали восторг, который чувствовали их сердца. Они сразу выделили двух девушек, принимавших участие в приеме в Академии, и оказали им особые знаки дружбы.

Когда через несколько минут объявили чай, вся компания направилась в столовую, где их рассадили за хорошо накрытыми столами: по три индейца и одному немому за каждым. Здесь поразительное сходство между знаками, используемыми индейцами Запада, и нашими глухонемыми было ясно заметно в оживленной беседе, которая последовала. Веселый смех, раздававшийся от этих обычно тихих, невозмутимых людей, был достаточен, чтобы отметить их острое понимание того, что было сказано. Один старый вождь, слегка смущенный, попытался извиниться за свою неловкость с ножом и вилкой перед одной из молодых леди, заявив, что дома он никогда ими не пользовался, а ел руками. Они обменялись знаками для масла, кофе, молока, мяса, хлеба, соли, сахара, ножа, вилки и т. д., которые были удивительно похожи.

После чая вся компания собралась в гостиной, и тогда началась сцена, не поддающаяся описанию. Индейцы, дикие от восторга, разговаривали с немыми, которые, будучи такими же счастливыми, казалось, ловили и понимали все, что они говорили. Они описывали свои дома, свои охотничьи экспедиции, своих жен и детей; как они жили и как хоронили своих мертвецов. Один из них дал очень яркое описание сильных снежных бурь, которые часто случаются в горах. Другой рассказал о войнах, в которых он участвовал, и о количестве снятых им скальпов, а затем спросил учителя, убивал ли он когда-нибудь человека, и, получив отрицательный ответ, казался весьма разочарованным. Другой, отличный наездник, сказал, что у них лошади имеют много травы, чтобы есть, и они толстые, а здесь, в городе, у них ее нет, и они, следовательно, очень худые. Другой старый вождь, очень красивый мужчина, заявил, что у него дома большая семья детей, а затем спросил самую маленькую из девочек, не поедет ли она с ним домой, пообещав привезти ее обратно, как только она научит его маленьких мальчиков и девочек делать знаки, как немые.

Эти дикие люди чувствовали себя совершенно как дома в присутствии детей, их привычное беспокойство и сдержанность исчезли; они впервые встретили белых людей, с которыми могли общаться без утомительного процесса перевода, и разговор, как выразился мистер Уэлш, шел прямо к их сердцам. Прощаясь со своими юными гостями, индейцы свободно выражали удовольствие, которое доставил им этот визит, затем печаль от разлуки и обещали рассказать обо всем, что произошло, своим друзьям и сородичам на Западе.

Если вспомнить, что все это и многое другое произошло между делегацией диких индейцев и шестью немыми девочками, посещающими институт в нашем городе, это, безусловно, будет считаться примечательным, и, вероятно, никогда прежде в истории цивилизации не происходило такой встречи. Как средство общения с дикими племенами, бродящими по нашим западным равнинам, возможности языка жестов немых вряд ли можно переоценить, и несколько хорошо обученных немых миссионеров, без сомнения, могли бы стать инструментами для совершения многого доброго среди этой угнетенной, презираемой расы. — «Нью-Йорк Геральд».

ВЫСТАВКА 1851 ГОДА.

На Великой выставке 1851 года был выставлен набор дубовых столов и шкаф из стэнтонского дуба в сочетании со стеклом и ормолу и т. д., изготовленные и вырезанные тремя глухонемыми людьми; литье выполнил Марш из Дадли.

ПОДРУГА ДЛЯ ЛОРЫ БРИДЖМЕН.

Этти Хатсон живет в городе Уилкс-Барре, Пенсильвания, ей семнадцать лет, она глухонемая и слепая от рождения. Она активна по своей натуре и обладает удивительно умным разумом. Через единственное средство — жесты, воспринимаемые на ощупь, она удивительно хорошо понимает и, в свою очередь, дает понять себя. Она будет мыть посуду и убирать ее со скрупулезной тщательностью и точностью; пойдет одна в погреб по приказу матери и принесет яблоки; затем, вбежав с поразительной быстротой, отдаст их тому, кому велено, а свои положит в карман. По жесту отца она поднимется наверх и принесет его лучшую шляпу, решая, потрогав его суконный костюм, какая шляпа ему нужна. Она вяжет и шьет в очень достойном стиле и проявляет желание научиться выполнять другие виды работ. Она опрятна и аккуратна в своих привычках и всегда ведет себя по-женски, а по характеру она весела, как солнечный луч, и игрива, как котенок. Около года, с нерегулярными интервалами, молодой священник по имени Дж. Б. Хауэлл посвящал один час в неделю ее обучению, и она сделала некоторый прогресс, каким бы новым ни был его метод; но в июне прошлого года он уехал в Бразилию в качестве миссионера, с тех пор она была без обучения до недавнего времени. Сейчас она получает ежедневное обучение с помощью дактильной азбуки. Однако приходится сожалеть, что ее нынешняя учительница — полный новичок в работе, за которую взялась, но так как она питает к ней большое сочувствие и имеет индивидуальный опыт относительно потребностей своей ученицы, кажется безопасным надеяться, что она может заложить прочный фундамент, на котором кто-то более опытный сможет построить образование, которое сделает это глубоко страдающее существо равным Лоре Бриджмен, прославившейся на весь мир.

МЫСЛЬ О ЖИТЕЛЯХ ОСТРОВОВ ЮЖНОГО МОРЯ.

На некоторых островах Южного моря сложное слово для обозначения «надежды» удивительно выразительно; это «манаолона» или «плавающая мысль» — «вера», держащаяся на плаву и высоко поднявшая голову над водой, когда все волны и валы проходят над ней — поразительно красивое определение «надежды», достойное того, чтобы быть записанным вместе с ответом, который глухонемой человек написал своим карандашом в ответ на вопрос: «Каково ваше представление о прощении?» «Это аромат, который цветы источают, когда их топчут».

ГЛУХОЙ, НЕМЫЙ, СЛЕПОЙ И ХРОМОЙ.

Дэвид Саймонс из Бостона глухонемой; он также слеп; к тому же он хромой. Он без гроша и без крова. Наконец, он черный, что может считаться несчастьем, а может и нет. Нет, наконец, его сбила повозка, и он был ужасно ушиблен. И все же мы полагаем, что Джон Саймонс все еще хочет жить, ибо он согласился, чтобы его отвезли в больницу. — «Глухонемой прогресс».

МЕЖДУНАРОДНАЯ ВЫСТАВКА.

(Из «График», май 1874 г.)

Фирма «Доултон и Ко», которая так преуспела в производстве керамики, облагораживая простейший материал приданием даже самым обычным и дешевым изделиям форм истинной красоты, выставляет в зале № 9 весьма похвальный набор образцов (3719) очень примечательного искусства и характера, демонстрирующих главным образом возможности настенного декора. На полу у основания перегородки находятся несколько благородных образцов графитовой керамики, предоставленных мистером Фрэнком А. Батлером, который является глухонемым.

ЮНЫЙ ГЕНИЙ.

(Из «Журнала Общества искусств», 1 мая 1874 г.)

Еще один художник, который оставил свой след на изделиях благодаря оригинальности своих форм, — Фрэнк А. Батлер. Он совершенно глухой и почти немой. Он один из многих, столь тяжело пострадавших, кто прошел через школу. Он начал свою творческую жизнь как дизайнер витражей, но его изобретательность не была востребована, да и, смею сказать, не была обнаружена в практике искусства, которое является почти традиционным. Я познакомил его с новой работой, и за несколько месяцев он привнес много новых мыслей из безмолвного уединения своего разума. Смелая оригинальность трактовки и дар изобретательства характерны для его работ. Он проложил много новых путей. Определенное скопление цветочных форм и искусная обработка дисков, точек и переплетающихся линий указывают на его руку.

МАЛЕНЬКАЯ ДЕМЕРАРКА.

Маленькая цветная глухонемая девочка в Демераре пришла в школу миссис Х. и захотела научиться читать. Считалось невозможным обучить ее; поэтому жена миссионера покачала головой и знаками показала ей идти домой. Но она не принимала отказа; поэтому миссис Х. послала в Англию за «Алфавитом для глухонемых». Было удивительно, как быстро ребенка научили читать Новый Завет, из которого она узнала Иисуса как своего Спасителя. Однажды она знаками показала своей доброй учительнице: «Мисси, мне так хорошо. Вы бы подумали, когда я иду по дороге, что там два человека; но это Иисус и я. Он говорит, и я говорю, и нам двоим так хорошо вместе».

ШАШКИ.

Мистер Джеймс Уилли (Пастушок), величайший из ныне живущих игроков в шашки, пробыл в Абердине целую неделю, играя публично против всех желающих. Он сыграл в общей сложности 98 партий, из которых выиграл 79, проиграл 3 и 6 свел вничью. Стоит отметить, что три ничьи были обеспечены мистером Бенджамином Прайсом, глухонемым и известным местным игроком. — «Скотсмен».

НЕЖЕЛАТЕЛЬНЫЙ СТУК.

Изабелла Грин была молодой женщиной, которая была полностью слепой и глухой, и ее привели к ряду выдающихся хирургов, чтобы посмотреть, можно ли что-то сделать для нее. Ее печальное состояние было вызвано сильной болью в голове. Единственным способом общения с ней было постукивание по руке, что означало «нет», и сжатие ее, что означало «да». Хирурги пришли к выводу, что ее случай неизлечим, и в ответ на ее настойчивые расспросы она получила нежелательный стук. Она немедленно разрыдалась во всей горечи страдания. «Что! — сказала она. — Неужели я никогда не увижу дневного света или не услышу человеческого голоса? Должна ли я оставаться запертой в темноте и тишине, пока живу?» Друг, который присутствовал, взял Библию и приложил ее к ее груди. Она положила на нее руки и спросила: «Это Библия?» Ее рука была сжата в ответ. Она немедленно прижала ее к рукам, прижала к груди и воскликнула: «Это единственное утешение, которое у меня осталось. Я никогда не смогу взглянуть на ее благословенные страницы, но я могу думать об обещаниях, которые узнала из нее». И затем она начала повторять некоторые из обещаний: «Возложи на Господа бремя твое, и Он поддержит тебя»; «Призови Меня в день скорби, и Я избавлю тебя»; «Довольно для тебя благодати Моей» и т. д. Она вытерла слезы и стала мирно покорной воле Божьей.

КОРО И ЕГО УЧЕНИК.

У художника Коро был глухонемой ученик. Молодой человек был занят копированием одного из прекрасных карандашных рисунков своего учителя, когда он даже попытался имитировать пятно клея, которое было на бумаге. Коро, когда увидел это, улыбнулся и сказал, или, по крайней мере, написал: «Très bien, mon ami; mais quand vous serez devant la nature; vous ne verrez pas de taches». («Очень хорошо, мой друг; но когда вы будете перед лицом природы, вы не увидите никаких пятен»).

М. Жан Батист Коро, великий французский пейзажист, умер 23 февраля 1875 года в возрасте 79 лет.

НЕМЫЙ В ТЕЧЕНИЕ ДВУХ ЛЕТ.

Два года назад, сообщает «Оберн Адвертайзер», Джордж Скотт, один из банды головорезов в Нью-Йорке, совершил ограбление, за которое должен был получить десять лет тюрьмы. Когда его арестовали, он притворился глухонемым. На суде он много сделал из своей немощи, и в результате ему удалось отделаться приговором в два года. Будучи переведенным из Синг-Синга в Обернскую тюрьму, он продолжал поддерживать видимость, благодаря чему избежал тяжелой работы, но был назначен на службу в обувную мастерскую № 1 в качестве официанта, так как считался неспособным к более ценной службе. Он был острым, готовым и умным, и в целом хорошо себя вел, хотя и был вспыльчивым. Смотритель Бэкон, под началом которого он находился, всегда держал его под строгим наблюдением, но никогда не был вынужден подозревать по чему-либо в его поведении, что он не глухонемой. Действительно, он говорит, что однажды видел Скотта, который всегда ходил в мастерской под именем «Немой», настолько возбужденным и взбешенным чем-то, что произошло, что он подумал, что тот сойдет с ума, но он не подал никакого знака, что он в ином отношении в плане слуха и речи, чем казался. Около двух месяцев назад срок Немого истек, и он был освобожден. Чтобы дать ему старт в жизни снова, смотритель Бэкон нанял его для работы в саду. Главный смотритель Гэллап сделал то же самое. Он работал таким образом две или три недели. Во время работы дети разговаривали с ним и играли вокруг него, но он всегда был, по-видимому, невосприимчив к их присутствию. Но у Немого был язык, и он мог им пользоваться, а его слух был таким же острым, как у любого другого. Однажды он столкнулся с сокамерником, который только что был освобожден из тюрьмы, и они вместе ушли по улице, весело разговаривая. Капитан Рассел, мастер в одном из отделов тюремной обувной мастерской, который был на улице, подслушал их разговор; и в другом случае случилось так, что один из смотрителей встретил Немого у Луи Шуха и долго с ним разговаривал.

БАКАЛАВР НАУК.

Факт без прецедента только что произошел в Сорбонне. Молодой глухонемой, М. Дюсюзо, недавно успешно сдал экзамены на степень «бакалавра наук». Этот выдающийся ученик ответил письменно на все вопросы, которые ему были заданы. Этот успех, неожиданный несколько лет назад, делает большую честь Императорскому институту в Париже и обязан высокому стандарту, который его ученый директор М. Весс поддерживает в исследованиях, и преданности цензора М. Валада Реони, директора обучения, который был любящим учителем М. Дюсюзо.

М. Дюсюзо женился третьего марта прошлого года в церкви Сен-Жермен-л'Осерруа в Париже на мисс Матильде Фримен, дочери Джеймса Б. Фримена, эсквайра из Филадельфии, в присутствии выдающегося круга друзей. Мисс Фримен провела в Англии несколько месяцев в 1882 году и поэтому хорошо известна многим нашим глухонемым друзьям.

КАК В КОПИИ.

Флоренс Б., маленькая девочка в Институте для глухонемых в Дерби, рисовала акварелью в свободное время. Ей сказали быть очень осторожной с открыткой, которую она раскрашивала, и сделать ее точно так же, как в копии, и этим инструкциям она строго следовала. Когда открытка была закончена, она отнесла ее директору, который сразу заметил черное пятно, нарисованное на ярком цветке. Когда ей сказали, что она испортила открытку, сделав это, она ответила: «Но это как в копии», и сразу же предъявила ее, когда выяснилось, что каким-то образом чернильное пятно попало на копию.

«ПЬЯНИЦА БИЛЛИ».

Бедный глухонемой человек, о котором можно было сказать, что он был совершенно одинок в мире, пока в Дерби не был создан Институт для глухонемых, постоянно попадал в беду из-за своих невоздержанных привычек. «Пьяница Билли», как его называли некоторые, однако, имел нежное место в своем сердце, и мы часто навещали его на квартире и помогали ему разными способами. Через некоторое время Билли убедили подписать обязательство трезвости, и он начал посещать лекции и службы для взрослых глухонемых. Некоторое время все шло хорошо, но в один жаркий летний день один из его товарищей по работе, который должен был знать лучше, зная, что Билли подписал обязательство трезвости, предложил ему шиллинг, если он выпьет стакан эля, который держал в руке. Искушение было слишком сильным для Билли, чтобы устоять, и, выпив один, ему было нелегко устоять перед вторым, и в конце концов бедного Билли забрала полиция. Директор института в Дерби явился по просьбе, чтобы перевести показания, и выяснилось, что Билли отправляли в тюрьму в том же месяце, июне, каждый год в течение семи предыдущих лет. Магистраты, однако, выразили свое нежелание отправлять Билли в тюрьму и спросили его через переводчика, попытается ли он оставаться трезвым и подпишет ли он снова обязательство; это он пообещал сделать, и магистраты на скамье не только отклонили дело, но каждый стал ежегодным подписчиком в один гиней в пользу Института для глухонемых. Билли, верный своему обещанию, оставался трезвым и снова посещал службы для глухонемых, а когда ему было почти 70 лет, прочитал короткую лекцию о своем «Жизненном опыте» глухонемым, что вызвало немалое веселье, особенно его замечания о Дерби пятьдесят лет назад. Билли всегда был благодарен за помощь, оказанную ему институтом, и часто говорил: «Если бы он мог поступить по-своему, он был бы рад умереть и попасть на небеса, где он мог бы слышать». Жизнь бедного Билли была тяжелой, ибо смерть забрала хорошую жену и четверых малышей в течение первых десяти лет его супружеской жизни, и один за другим все его родственники ушли из жизни. Билли теперь покончил с искушением и недавно отошел в мир иной, его последние замечания свидетельствуют о ценности Института для глухонемых.

БЫСТРОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ НА ВЕЛОСИПЕДЕ.

На прошлой неделе молодой человек по имени Сидни Корнуолл из Ковентри отправился в шесть часов утра в Солсбери (расстояние 128 миль) на велосипеде. На следующее утро его друзья получили от него письмо, отправленное в Тонтоне, в котором говорилось, что он добрался до этого места и ему еще предстояло проехать четырнадцать миль в тот вечер; а последующее письмо в среду утром сообщило им, что он прибыл в пункт назначения в шесть часов во вторник вечером, остановившись накануне вечером в гостинице в нескольких милях за Тонтоном. Этот молодой человек глухонемой, и его расспросы о правильной дороге, должно быть, стоили ему немало времени. Ведущее колесо его машины имеет диаметр всего сорок дюймов. — «Велосипедные новости».

ГЕРОИЧЕСКОЕ ПОВЕДЕНИЕ ГЛУХОНЕМОЙ ДЕВУШКИ.

В прошлый вторник Майкл Фуллам, коронер, провел дознание в Огаворде, недалеко от Баллинале в этом графстве, по факту смерти уважаемого фермера среднего класса по имени Джеймс Пранти. По-видимому, покойный, немощный старик 76 лет, зашел в сарай, занятый его собственным быком, с целью его почистить, и в то время как он это делал, бык порвал цепь и набросился на него. По провидению судьбы, его дочь, глухонемая, случайно проходила мимо и заглянула в бычатник, ее внимание было привлечено тем, что дверь была открыта; и там, в тот момент, когда ее глаза остановились на внутреннем пространстве, она увидела своего престарелого отца, подброшенного высоко в воздух над головой быка; когда он упал на землю, бык забодал его рогами, топтал ногами и бушевал от ярости. Отважная девушка — бедная глухонемая — не колебалась ни секунды, но с удивительным присутствием духа бросилась на помощь. Она схватила палку старика, которую увидела на полу, когда входила, и, схватив быка за медное кольцо в носу, она основательно отхлестала его по голове. Борьба была ужасной — это был вопрос жизни и смерти, как для нее самой, так и для старика, который теперь лежал беспомощный у ее ног. Бык не покорился кротко своему наказанию, а направил свой натиск на одинокую девушку; он разорвал ее от лодыжки до подмышки, ударил ее в грудь и швырнул о стену: но все же она вцепилась мертвой хваткой в его нос и колотила его палкой, пока наконец не победила и не заставила разъяренное животное подчиниться ее команде. Затем она отбросила палку и, переложив кольцо в правую руку, подняла искалеченного старика с земли и понесла его на левой руке за дверь, оттеснила быка и захлопнула дверь перед его носом. Такое героическое поведение редко проявлялось даже самыми храбрыми мужчинами, но почти невероятно, что глухонемая, которая была допрошена перед присяжными через переводчика, могла совершить такой необычайный подвиг. И все же это было так, и присяжные все до одного были полностью удовлетворены ясным и понятным описанием мельчайших подробностей происшествия, представленным этой удивительной девушкой. Печально говорить, что после всех ее усилий бедный старик умер через час после своего освобождения из бычатника. Присяжные передали коронеру следующую записку по окончании разбирательства:

«Мы не можем разойтись, не зафиксировав нашего полного восхищения героическим поведением Бриджит Пранти (сироты и глухонемой), которая, рискуя своей жизнью, избавила своего престарелого отца Джеймса Пранти от яростного нападения его собственного быка (от последствий которого он умер вчера), схватив его за кольцо в носу, и, удерживая его, вынесла старика на левой руке из дома, в котором он подвергся нападению: и мы настоятельно рекомендуем ее вниманию тех благородных джентльменов, которые ценят и вознаграждают такой акт благородной отваги ради сохранения человеческой жизни».

«Дано в Огаворде, 22 января 1878 г., Бартоломью Куинн, старшина». (За себя и товарищей), «М. Фуллам, коронер».

«Лонгфорд Джорнал».

Мы рады сообщить, что, услышав о храбрости этой маленькой глухонемой девочки, мистер Харман, член парламента, немедленно прислал 5 фунтов стерлингов, и многие другие друзья также показали свою признательность поведению девушки практическим способом.

Следующие трогательные строки были сочинены глухим другом после прочтения сообщения в «Лонгфорд Джорнал»:

ХРАБРАЯ ГЛУХОНЕМАЯ.

Рассказ о храбрости я поведаю, он удержит ваше внимание, хотя и не совершенный на поле битвы, и не воином смелым. Ирландская девушка, которой Господь не дал ни речи, ни слуха, хотя была она лишь бедной глухонемой, сердце ее было твердым и храбрым. Глухая, немая, да, бедная и без матери, без друзей и безвестная; только отец остался у нее, а он был стар и беден. Фермер он, и владел быком, который в сарае был прикован, ибо был он диким, но однажды свободу обрел. Бедный старик не знал, что бык порвал цепь, пока зверь на него не повернулся, прежде чем он успел добраться до двери. Немая девушка приблизилась к открытому сараю, как только переступила порог; о! ужасное зрелище, ее отец высоко диким быком был подброшен. Она не могла слышать, близка ли помощь, она не могла позвать на помощь; поэтому быстро на спасение она побежала, слишком храбрая, чтобы чувствовать страх. Одну руку она просунула в кольцо, что через нос его было продето; и с палкой отца поднятой, разъяренного быка она встретила. О! затем последовала борьба, достойная того, чтобы наполнить ее сердце ужасом; в то время как у ее ног отец лежал, по всем признакам мертвый. Долго и яростно битва бушевала между быком и девой; и не уступила она, хотя рогами его ее бок был открыт. Удар за ударом по его голове тяжелой палкой она наносила, пока дикий зверь не был запуган, и она победу одержала. А затем палку она отбросила (но держалась как прежде), отца одной рукой она подняла и медленно приблизилась к двери. Затем обратно в сарай она заставила быка войти и захлопнула дверь, в то время как в своих ноющих, кровоточащих руках она форму отца несла. Но, печально сказать, ее дорогой отец, которого она пыталась спасти, был так сильно травмирован быком, что через один короткий час он умер. Сирота теперь, одна и бедна, бездомна, глуха и немая; о, кто поможет, христианские друзья, создать для нее дом? Если вы, кто читает эти простые строки, речью и слухом наделены, и в вашей власти помочь и утешить страждущих, о! подумайте об этой храброй девушке и помогите ей в нужде; голосом и пером от ее имени я прошу о своевременной помощи.

ПОБЕДА.

Питер Симс, глухонемой мальчик, однажды зимой проходил мимо большого магазина, когда увидел в окне красивые коньки. Он часто мечтал о коньках, чтобы кататься на льду, и когда увидел их, захотел их иметь. Он посмотрел; никто не смотрел; он подумал: «Я могу легко взять эти коньки, и никто не узнает».

До того как его отправили в школу, этот мальчик был очень плохим мальчиком; он часто крал мелкие вещи, но теперь он узнавал о Боге, и он знал, что Бог сказал: «Не укради». Когда он стоял, глядя на коньки, эта заповедь пришла ему на ум, и в его сердце началась борьба. Его старая плохая натура говорила: «Возьми коньки»; его совесть отвечала: «Нет, ибо воровать — это плохо». Наконец он сделал знаки: «украсть, плохо, не» (его видели, хотя он этого не знал), и пошел дальше, не взяв их. Он одержал великую победу над искушением дьявола, и в следующий раз, когда он был так искушаем, борьба была не такой суровой, так как грех имел меньше власти над ним.

КОРОЛЕВА И ГЛУХОНЕМЫЕ.

Недалеко от Осборн-хауса, остров Уайт, живет бедный человек в маленьком коттедже, у которого несколько лет назад была глухонемая дочь, которая часто вязала для королевы. Ее Величество часто навещала эту женщину и разговаривала с ней на пальцах. Глухонемая женщина сейчас умерла, и во время ее болезни королева навещала ее и разговаривала с ней для ее утешения. Ее Величество извинилась, что не может сейчас говорить так быстро, как в молодости.

ПРИМЕР.

Чонси, маленький глухонемой мальчик, был принят в институт в Дерби, и ночью и утром он с острым интересом наблюдал, как другие мальчики встают на колени у кровати и произносят по буквам на пальцах свои молитвы. Через несколько дней маленький мальчик выучил алфавит, и директор, поднявшись наверх, чтобы осмотреться, был удивлен, увидев его благоговейно стоящим на коленях у кровати, с закрытыми глазами, и произносящим по буквам на пальцах весь алфавит. Странная молитва, подумает читатель; но не для нашего Небесного Отца, который, несомненно, принял бы ее как лучшее подношение бедного мальчика.

ОБРАЩЕННЫЙ НЕМЫЙ.

Во время религиозного возрождения в одной из деревень Новой Англии сын священника вернулся домой на короткое время. Мальчик был глухонемым и провел свой первый семестр в Институте для глухонемых, который только начинал свою историю. Поскольку его родители не знали языка жестов, а мальчик был несовершенным писателем, было почти невозможно обмениваться с ним какими-либо идеями, кроме самых знакомых. Поэтому он ничего не слышал о возрождении. Но не прошло и нескольких дней после его возвращения домой, как он начал проявлять признаки беспокойства и, наконец, с большим трудом написал на своей грифельной доске: «Отец, что я должен сделать, чтобы спастись?» Его отец написал в ответ: «Сын мой, ты должен покаяться в грехе и поверить в Господа Иисуса Христа». «Как я должен это сделать?» — снова спросил мальчик на своей доске. Его отец объяснил ему, как мог, но бедный необученный мальчик не мог понять. Он стал еще более встревожен; уходил из дома утром в какое-нибудь уединенное место и его больше не видели, пока отец не отправлялся на его поиски. Однажды вечером, на закате, его нашли на вершине сена, под крышей сарая, на коленях, с поднятыми руками, молящимся Богу на языке жестов немых. Отчаяние родителей было настолько сильным, что они послали за одним из учителей приюта, а затем за другим; но казалось, что мальчика нельзя направить к Спасителю грешников. Однажды днем отец направлялся в соседний город, чтобы выполнить поручение, и, когда он неспешно ехал по холмам, бедный ищущий и беспомощный сын постоянно был в его мыслях. Посреди его молений его сердце успокоилось, и его долго отвлекавшийся дух обрел покой в одной мысли, что Бог способен совершить Свою работу. Безмолвный мальчик наконец начал рассказывать, как он любит своего Спасителя, и что он впервые обрел покой в тот самый день, когда дух его отца на горах был успокоен и поддержан мыслью, что то, что Бог обещал, Он способен исполнить.

«НИЧЕГО ПЛОХОГО».

Однажды утром, войдя в класс, одна из маленьких глухонемых девочек быстро перевернула свою грифельную доску и покраснела. Учитель спросил: «Что ты делала?» Девочка ответила жестами: «Ничего плохого, сэр». Перевернув доску, мы обнаружили, что девочка написала: «Пьянство облачает человека в лохмотья».

ПЕЧАЛЬНЫЙ СЛУЧАЙ.

Л. Л. жила недалеко от Дерби. Ее случай был печальным: она была глухонемой и почти слепой, из-за чего ее приходилось водить за руку; кроме того, она страдала от сильной слабости в ногах и была болезненной. Поскольку ее отец умер, ей было трудно добывать средства к существованию, и все полагали, что ее будущим домом станет работный дом. Об этом случае стало известно комитету Мидлендского института для глухонемых в Дерби, который решил не отправлять ее в работный дом, не попытавшись сделать для нее хоть что-то. В итоге она оказалась под их опекой и постепенно окрепла; однако трудности в ее обучении, связанные со зрением, было нелегко преодолеть — по сути, ее приходилось обучать как человека, который является полностью глухим, немым и слепым. Тем не менее она добилась хороших успехов и теперь является добродушной, трудолюбивой девушкой, которая сама зарабатывает себе на жизнь. Она умеет стирать, чистить, вязать и шить не хуже многих людей, наделенных даром зрения и слуха. Она часто посещает собрания для взрослых глухонемых и всегда может сказать что-то интересное, особенно на религиозные темы.

ГЛУХОНЕМОЙ СВЯЩЕННИК.

Среди тех, кто в прошлом году в Троицын день был рукоположен в дьяконы епископом Винчестерским, был мистер Р. А. Пирс, который является глухонемым и намерен посвятить себя миссионерской работе среди глухонемых в Винчестерской епархии. Преподобный К. М. Оуэн, секретарь миссии, полагает, что это первый случай рукоположения глухонемого человека в Церкви Англии. — Irish Ecclesiastical Gazette.

Преподобный Р. А. Пирс удостоился чести быть представленным королеве. Мистер Пирс посетил Институт для глухонемых в Дерби.

ПРЕКРАСНЫЙ ОТВЕТ ГЛУХОНЕМОГО.

Преподобный Р. Стюарт говорит: «Я знал одного джентльмена, который отправился в приют для глухонемых, чтобы поведать его обитателям о пути спасения через Иисуса Христа. Он задавал вопросы, записывая их на классной доске. Однажды он написал вопрос: "Что Бог делает с грехами людей, которые веруют в Него?" Один из юношей написал под вопросом: "Все наши грехи были записаны в книге Божьей, но пришел Иисус и провел Своей окровавленной рукой по страницам, где были записаны грехи людей, верующих в Него; тем самым покрыв Своей собственной кровью прегрешения Своего народа". Был ли этот бедный глухонемой юноша прав? Да, безусловно, ибо "Кровь Иисуса Христа, Сына Его, очищает нас от всякого греха"».

«Я ДОЛЖЕН ПОМОЧЬ».

Следующий небольшой случай покажет, насколько глухонемые заинтересованы в том, чтобы помогать институтам, которые борются за получение денежной поддержки для приема многочисленных нуждающихся. Несколько учеников из Института в Дерби присутствовали на собрании, когда директор отстаивал его право на поддержку. В конце собрания подошел глухонемой молодой человек и сказал: «Я очень доволен тем, что увидел, как занимаются дети, скоро они станут очень способными. Надеюсь, люди помогут вам; другие люди помогли мне получить хорошее образование, теперь я должен помочь другим глухонемым пойти в школу. Я постараюсь собрать для вас 5 фунтов стерлингов». Верный своему обещанию, он действительно собрал 5 фунтов и прислал их, сказав: «В следующем году я должен постараться собрать 10 фунтов». Некоторое время назад он зашел в Институт с внушительной суммой в 10 фунтов, которую он собрал по пенни с 371 человека. Некоторые другие глухонемые также проявили свою заинтересованность, время от времени собирая от 1 до 3 фунтов.

КАНОНИК ФАРРАР С ГЛУХОНЕМЫМИ.

Washington Post приводит отчет о визите каноника Фаррара в этот город. Один из репортеров взял у него интервью о том, что он думает об этом месте, и он ответил, что остался очень доволен, но больше всего его заинтересовал колледж для глухонемых. По его мнению, в мире нет ничего подобного. Каноника сопровождал по колледжу доктор Галлодет, президент, который объяснил ему различные аспекты устройства, после чего мистер Олоф Хансон, швед, освоивший английский язык после потери слуха, произнес устную речь: «Двести пятьдесят лет назад отцы-пилигримы заложили фундамент нации. Америку в некотором смысле можно назвать дитя Англии — и хорошо выросшим дитя, которого ей не нужно стыдиться. Поэтому, посещая эту страну, вы, мы надеемся, не чувствуете себя чужаком, а находитесь среди родственников и друзей. Архидиакон Фаррар не чужой для нас; его прекрасная "Жизнь Христа" — хорошо известная книга во многих американских публичных и частных библиотеках, и мало кто не читал его благородный панегирик нашему ушедшему герою, генералу Гранту. Как друга, мы приветствуем его. Позвольте мне теперь сказать несколько слов об обучении глухих в этой стране. В 1817 году в Хартфорде, штат Коннектикут, была основана первая школа для глухонемых в Америке; сейчас в Соединенных Штатах насчитывается более шестидесяти школ для глухонемых, и сегодня более 7000 учеников получают образование. Разум глухих такой же, как и у других людей, его нужно только развивать. Хотя путь через ухо закрыт, информация передается через другие органы чувств, и зрение, будучи наиболее удобным, используется главным образом при обучении глухих; но для их обучения требуются опытные и умные люди, а для привлечения таких учителей нужны деньги. Наше правительство мудро признало это и, соответственно, щедро обеспечивает образование глухих, так же как и слышащих, поскольку все наши учреждения поддерживаются в основном правительством. Долгое время сомневались, что глухие могут освоить высшие ступени обучения, и именно этому колледжу выпала честь проверить, способны ли они на это. В этой стране у нас есть глухие учителя, юристы, химики, художники, священнослужители, редакторы и т. д. Многие занимают весьма почетное место среди слышащих людей в своих профессиях. Среди выпускников этого колледжа можно найти одних из самых умных и образованных глухонемых в мире. Колледж — единственный в своем роде. Двое молодых людей из Старого Света проделали весь этот путь сюда, чтобы получить образование, которое они не могли получить дома. Их сердечно приветствуют, и мы надеемся, что приедет еще много других, пока не настанет время, когда у них появится собственный колледж, где они смогут получить преимущества высшего и либерального образования». Затем мистер Фрэнсис Мэгинн, сын преподобного К. А. Мэгинна из графства Корк, был представлен канонику Фаррару, и его речь была зачитана доктором Галлодетом: «Как один из двух студентов из Европы, только что упомянутых моим другом, я имею удовольствие приветствовать моего выдающегося соотечественника, архидиакона Фаррара, в Вашингтоне. Получив основы образования в столице Великобритании, где вы воскресенье за воскресеньем разъясняете неисследимые богатства Христовы, и будучи уроженцем Ирландии, где мой отец служит в Церкви Ирландии, вполне естественно, что я должен выразить свое глубокое удовлетворение тем, что вы приехали к моим американским братьям по несчастью. Я уверен, сэр, что вы, приехав в великие и процветающие Соединенные Штаты, почувствовали то же, что и я: что американский народ — это народ, которым мы можем гордиться, великий и высокоцивилизованный народ, с которым мы связаны всеми узами крови и всеми деловыми отношениями; это люди, которые несут нашу цивилизацию, во многом улучшенную, наш язык, литературу, законы и религию. С образовательной точки зрения нация занимает видное место, и ее безмолвные дети пользуются преимуществами просторных учреждений, поддерживаемых ее доходами. Весьма прискорбно, что наши братья в Великобритании не пользуются ни одним из этих сложных преимуществ интеллектуальной культуры. В то время как Закон мистера Фостера приносит пользу тысячам, и пока ежегодно выделяется 15 000 000 долларов для масс, одна треть немых соответствующего школьного возраста остаются необразованными. Что это значит, англичане не имеют представления, иначе они не были бы апатичными или равнодушными; никакой другой класс, будучи необразованным, не оказывается более полностью отрезанным от всякого человеческого общения, чем глухонемые». Каноник в ответ выразил благодарность за оказанный ему сердечный прием и завершил встречу короткой молитвой, которую перевел доктор Галлодет, президент колледжа для глухонемых.

ГЛУХОНЕМЫЕ СОЛДАТЫ.

Во время франко-прусской войны армейский корпус из 400 глухонемых вольных стрелков был направлен в бой против немцев. — Paris Journal.

РОБЕРТ С. ЛАЙОНС.

Роберт С. Лайонс прошлым летом ездил по Ирландии, навещая глухонемых и беседуя с ними об Иисусе. Он приехал домой на каникулы из Америки, куда отправился учиться, чтобы подготовить себя к миссионерской деятельности среди глухонемых. Мы все надеялись, что этим летом он приступит к своим обязанностям, и что многие из его глухонемых соотечественников получили бы от него помощь на пути к небесам. Но Бог распорядился иначе. Он скончался в доме своего отца, недалеко от Ньютаунстюарта, после долгой и мучительной болезни, вечером в пятницу, 5 июня.

Мистер Фрэнсис Мэгинн, который также является глухонемым, прошлой осенью отправился с Робертом Лайонсом в Америку и оставил учебу в колледже, чтобы позаботиться о нем во время путешествия домой, написал несколько воспоминаний о своем друге, часть из которых приводится ниже:

«Для меня было честью быть его спутником по возвращении в Вашингтон и делить с ним одну комнату. Он проводил много времени за чтением Библии и молитвой. В феврале прошлого года он перенес серьезную болезнь, которую переносил с удивительным терпением. В какой-то момент ожидали его смерти. Мы просидели одну ночь, ожидая его последнего вздоха, но жизнь была продлена».

Казалось, ему стало лучше, и он смог выехать на прогулку в экипаже президента. У него было все необходимое для комфорта, предоставленное добрыми дамами из семьи доктора Галлодета. Цветы, книги, картины; всевозможные деликатесы постоянно присылались, чтобы возбудить аппетит; но силы его почти не прибавлялись. Ежедневно за него возносились молитвы. Даже маленькая девочка молилась за него каждый день и говорила: «Я знаю, Бог услышит мои молитвы, и он поправится». Но такова была не воля Божья. Его отправили домой и доверили моей заботе. Четыре дня плавание было спокойным, когда поднялся шторм, который длился пять дней и ужасно испытал его силы. Он, казалось, угасал и говорил: «Я не доживу до того, чтобы снова увидеть своих родителей». Я сказал: «Ты увидишь, если будешь уповать на Бога и если на то будет Его воля». Когда мы увидели огни ирландского побережья, мы почувствовали радость и утешение. По прибытии в Лондондерри у него почти не было сил стоять. Когда мы добрались до Ньютаунстюарта, его родственники и я узнали друг друга по нашим встревоженным и озабоченным лицам».

Его сестра написала, что в последние два раза, когда мать говорила с ним о его страданиях, его ответом каждый раз было: «Если мы с Ним (Иисусом) страдаем, то с Ним и царствовать будем». Снова он сказал, что вверяет себя в руки своего Господа, чтобы Тот взял его или оставил, как Ему угодно. Он испустил последний вздох на руках своего брата Джона в пятницу, 5 июня, в 22:30. Конец был настолько мирным, что они не могли сказать, когда был сделан последний вздох.

Похороны состоялись в понедельник, 8-го числа, когда длинная процессия экипажей, числом около сорока или пятидесяти, засвидетельствовала любовь и уважение, которыми он пользовался в своей округе. Сразу за главными скорбящими шли Сэмюэл Кэрриган и молодой Маккосленд, двое глухонемых, которые любили и почитали его. Многие другие также присутствовали бы, если бы имели такую возможность, ибо Роберт пользовался любовью и уважением всех глухонемых, которые его знали.

Копия письма, врученного Р. С. Лайонсу при отъезде из Америки доктором Галлодетом, президентом колледжа:

Национальный колледж для глухонемых, Кендал Грин, близ Вашингтона.

Мой дорогой Роберт, я хочу сказать тебе больше, чем просто «прощай» словами, когда ты покидаешь нас. Я хочу сказать тебе, как я доволен твоим обучением здесь в качестве студента, как я был рад видеть твое усердие в работе и как глубоко ты завоевал мое уважение и почтение; и затем хочу добавить, что твое терпение и жизнерадостность под тяжелым крестом серьезной болезни сделали тебя настоящим героем. Дополнительное удовольствие — думать, что этот героизм того рода, который проявляют только те сыны человеческие, кто исполнен духа нашего доброго и славного лидера, Христа. Я верю, дорогой Роберт, что ты обладаешь этим духом, истинно и полно, и я уверен, что он поддержит тебя во всей будущей работе. Когда ты отправишься далеко за океан к своему дому, к своим близким и к той работе, которую Бог даст тебе совершить, мои молитвы будут ежедневно следовать за тобой, чтобы Бог дал тебе здоровье и силы исполнить Его волю, и, прежде всего, чтобы «мир Божий», который превыше всякого ума, наполнил твою душу. Желая тебе всякого благословения, которое могут даровать земля и небо, — я твой в любящей дружбе,

Э. М. Галлодет.

ХЕЛЕН СИЛВИ.

Хелен Силви была шотландской девушкой. Она родилась в деревне Данблейн, расположенной на красивых берегах реки Аллан.

Она потеряла слух из-за лихорадки, когда ей было около пяти лет, а два года спустя ее отправили в Эдинбургский институт для обучения глухонемых.

Она была очень застенчивым ребенком и не произносила никаких слов после того, как оглохла, поэтому вскоре забыла, как это делать, и когда началось ее обучение, она была почти как ребенок, родившийся глухим.

Некоторое время она была раздражительной и недовольной; ее разум был во тьме. Но как только она начала понимать, словно свет озарил ее сознание, и она стала веселой и счастливой, как ее товарищи.

Сначала она не казалась очень способной. Но через два года она начала быстро делать успехи и вскоре стала одной из лучших учениц в Институте. Она была очень приветливой и ласковой, и ее очень любили товарищи.

Когда она выросла, она стала помощницей в школе, в первой половине дня она обучала один из младших классов, а по вечерам обучала девочек шитью. Несколько лет она была так полезно занята. Но ее брат хотел, чтобы она переехала жить к нему и вела хозяйство в Баннокберне, и она согласилась и покинула Институт.

Через некоторое время Хелен захотела вернуться в Институт. Поэтому она написала письмо подруге и попросила ее узнать, позволят ли ей снова стать учительницей. Но директор Института был болен, и ответа на ее письмо не последовало. Тогда Хелен решила, что сама отправится в Институт и посмотрит, возьмут ли ее на работу. Была зима. Она отправилась из Стерлинга на пароходе в последний день 1845 года и прибыла на пристань Грантон ночью. Было темно. Один джентльмен предложил проводить ее по пристани, но он не знал дороги. Ему следовало повернуть, чтобы идти к городу, но он повел ее прямо вперед. Они подошли к краю пристани, и в одно мгновение оба оказались в море. Их вскоре подобрали и доставили в отель. Хелен вскоре казалась совершенно здоровой, и ее отправили в Институт. Она чувствовала себя такой счастливой, снова оказавшись среди своих старых друзей, что не скоро легла спать. Она считала, что чувствует себя гораздо лучше, чем было на самом деле. Она сильно простудилась. Через несколько дней началось воспаление легких. Ее страдания были очень велики, но она переносила их терпеливо; и в воскресное утро, 18 января 1846 года, ее дух улетел на лоно Спасителя.