«Доказательства воскресения Христа: с точки зрения юриста»

ДОКАЗАТЕЛЬСТВА ВОСКРЕСЕНИЯ ХРИСТА;

С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ЮРИСТА.

ЧАРЛЬЗ Р. МОРРИСОН.

АНДОВЕР: УОРРЕН Ф. ДРЕЙПЕР. 1882.

Зарегистрировано в соответствии с Актом Конгресса в 1882 году УОРРЕНОМ Ф. ДРЕЙПЕРОМ в Бюро библиотекаря Конгресса в Вашингтоне.

Все права защищены.

ПРЕДИСЛОВИЕ.

Настоящий трактат призван предоставить то, в чем автор часто ощущал потребность — краткое и абсолютно достоверное изложение основных исторических фактов, касающихся аутентичности и целостности новозаветных писаний о нашем Господе, а также вытекающих из них предположений, которые обосновывают Его притязания как нашего Божественного Искупителя и Спасителя.

Вопрос о Его Воскресении из мертвых выбран в качестве центрального, поскольку от него зависит всё. Этот вопрос, как бы он ни был решен, является решающим. Это вопрос, который в высшей степени касается каждого. Это вопрос доказательств, и как таковой он особенно заслуживает тщательного изучения представителями юридической профессии. Ибо, как заметил профессор Гринлиф в своей работе, цитируемой далее: «Если от какого-либо класса людей и можно ожидать пристального изучения доказательств христианства, то это, по-видимому, возлагается на нас, кто делает право доказательств одним из своих особых предметов изучения».

Поскольку вопрос о Воскресении Христа является объективной точкой наших исследований, все остальные вопросы подчинены ему и рассматриваются лишь в той мере, в какой они считаются существенными для главного вопроса.

Автор воспользовался привилегией юриста и использовал исследования, аргументы и выводы других лиц, которые справедливо могут считаться авторитетными, и которым он отдал должное, насколько это было возможно, однако стремился сформировать независимое суждение с учетом всех доступных источников информации.

Работа в основном представляет собой серию статей, опубликованных в «New Hampshire Journal», а также в «Vermont Chronicle» с 5 марта 1881 года по 1 апреля 1882 года, что объясняет использование общепринятой версии (Common Version) в ранних главах и Новой редакции (New Revision) в более поздних.

В то время как доказательства были выстроены вокруг основного факта, те, что призваны обосновать вспомогательный вопрос о наших четырех Евангелиях и Книге Деяний, были в значительной степени сосредоточены на «Мемуарах», упомянутых в признанно подлинных трудах Иустина Мученика. Иустин в своей так называемой Первой Апологии, написанной до 150 года нашей эры, а вероятно, и десятью годами ранее, дал яркое описание обычаев в церквях в целом. В этом описании он говорит, что в «день, называемый воскресеньем», Мемуары Христа читались вместе с Пророками во всех их собраниях. Следовательно, когда установлено, что эти Мемуары были нашими каноническими Евангелиями, мы делаем большой шаг к выводу об их несомненной аутентичности и подлинности.

Ко всем возникающим вопросам доказательств автор применяет правовые принципы и презумпции, основанные на опыте и постоянно используемые в судах. Он просит читателя о терпеливом ознакомлении до самого конца, ибо уверенно полагает, что жизненно важный факт Воскресения Христа со всеми великими последствиями, которые неизбежно из него вытекают, столь же поддается доказательству на основе несомненных исторических фактов и твердых аргументов, как и любое другое событие в истории.

Работа написана для занятых людей всех слоев общества, и автор стремился сделать изложение понятным.

Чарльз Р. Моррисон.

Манчестер, Нью-Гэмпшир, август 1882 г.

СОДЕРЖАНИЕ.

CHAPTER

PAGE

I. Sources of Evidence 7

II. Admissions and Presumptions 12

III. Papias and Justin Martyr 14

IV. The Memoirs intended by Justin Martyr 18

V. Quotations and Citations 23

VI. Justin’s Use of the Fourth Gospel 30

VII. No others proved 34

VIII. Presumption of Permanency 43

IX. The Memoirs of the Year One Hundred And Eighty 45

X. Ascending the Stream 50

XI. Still ascending the Stream 57

XII. In their proper Repositories 63

XIII. Integrity of the Gospels 67

XIV. The Credibility of the Evangelists 74

XV. The Apocalypse and the Four Epistles 81

XVI. His Predictions concerning Himself 89

XVII. Order of Events 101

XVIII. Sufficiency of the Proofs 110

(False Assumptions.)

XIX. Sufficiency of the Proofs 120

(Affirmative Evidence.)

XX. Logical Results 134

Index 143

ДОКАЗАТЕЛЬСТВА ВОСКРЕСЕНИЯ ХРИСТА.

ГЛАВА I. ИСТОЧНИКИ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ.

Характерной чертой всех, кто отрицает это и все другие чудеса, является то, что они предрешают весь вопрос с самого начала. Они принимают как аксиому, что чудо невозможно или что его невозможно доказать человеческим свидетельством. Или, выражаясь мягче, словами одного из них (Ренана [1]), «ни люди из народа, ни люди света не компетентны доказать это. Требуются большая осторожность и долгая привычка к научным исследованиям». Если это здравые аксиомы, то должно быть безразлично, кто были свидетели, какова их достоверность или средства познания, поскольку в лучшем случае они были лишь людьми, и не утверждается, что они были экспертами или учеными (savans) согласно современной скептической школе, хотя можно было бы ожидать, что они знают, был ли мертв или жив Тот, кто ходил с ними, к чьим наставлениям они прислушивались и от Кого получили свое поручение.

Также удобным допущением с их стороны является то, что никто не является ученым, если не согласен с их мнением, и многие молодые люди, которые не хотят отставать от времени, вводятся в заблуждение их самоуверенным хвастовством. «Ни один современный теолог, — говорит Штраус [2], — который также является ученым, в настоящее время не считает ни одно из четырех Евангелий работой его предполагаемого автора или, по сути, работой Апостола или коллеги Апостола». Логика этого заключается в том, что если кто-то так их считает, то он не ученый. Тот же тип учености и привычка мышления, которые привели к этому мудрому выводу, в конечном итоге привели его к отрицанию существования личного Бога или будущей жизни. Его опыт поучителен и показывает неизбежную тенденцию всех рассуждений, которые отрицают возможность чуда или божественного откровения. Жесткой логике Милля трудно противостоять. «Раз допустив существование Бога, производство Им, посредством Его прямого волеизъявления, эффекта, который в любом случае обязан своим происхождением Его творческой воле, уже не является чисто произвольной гипотезой для объяснения прошлого, но должно рассматриваться как серьезная возможность». Если, таким образом, чудо может произойти, оно может быть доказано [A] человеческим свидетельством, ибо сам мотив или причина его совершения, или, по крайней мере, главная причина, должна заключаться в его ценности как подтверждения.

И огромный труд, который Тюбингенская школа и каждый класс скептиков вложили в попытки опровергнуть авторство четырех Евангелий, показывает, что у них, в конце концов, не так много уверенности в своих аксиомах. Зачем так беспокоиться о свидетелях, если не имеет значения, кто они или о чем свидетельствуют? Если чудо нельзя доказать никакими доказательствами, зачем они умножали книги, чтобы доказать или опровергнуть авторство Евангелий?

ЛУЧШИЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВА.

Лучшие доказательства, которые допускает предмет, — это все, что требуется в судах; и достаточно в делах величайшей важности, даже в случаях жизни и смерти, чтобы факт был доказан вне разумных сомнений. Лучшим доказательством воскресения Христа для Его учеников было свидетельство их собственных чувств. Этого доказательства мы иметь не можем. Мы находимся в положении, в некотором отношении, присяжных, которые должны решать не на основе собственных знаний, а на основе свидетельств других. Однако у нас нет свидетелей на трибуне, а только то, что можно рассматривать как их показания, и возникает вопрос, являются ли представленные писания их показаниями.

Вопрос, таким образом, на данном этапе заключается в том, кто были авторами четырех Евангелий и книги Деяний? Что касается последней, автор утверждает, что написал предыдущий трактат, и обе стороны спора, по-видимому, принимают, что одно и то же лицо (кем бы оно ни было) написало обе книги, так что любое доказательство авторства Луки в отношении третьего Евангелия является доказательством его авторства в отношении Деяний, и наоборот. И то же самое верно в отношении четвертого Евангелия и первого послания Иоанна.

Лучшим доказательством авторства любой из этих книг, которое допускает природа предмета, являются история и традиция, включая в эти термины цитаты, ссылки, гармонии, комментарии, переводы и рукописи.

Существует два способа представления этого доказательства. Один — начать с их нынешнего признанного принятия и подняться вверх по течению; другой — найти притоки, как можно ближе к их источнику, и спуститься к реке. Последний будет принят здесь в первую очередь, а в конечном итоге — оба способа доказательства.

ПОТЕРЯННЫЕ ПРИТОКИ.

Через сто лет после распятия церкви были основаны во всех городах и во многих деревнях Римской империи, от Каппадокии и Понта на востоке до Галлии на западе, и христиан было очень много. Тацит описывает тех, кто был в Риме во время варварства Нерона, как «великое множество», а Плиний в своем письме к Траяну, ок. 110 г. н.э., утверждает, что языческие храмы были почти пусты, так что священные жертвы едва находили покупателей, и что «суеверие», как он его называл, не только заразило города, но даже распространилось в деревнях Понта и Вифинии (Гиббон, стр. 576). Следовательно, люди, не знакомые с предметом, могли бы предположить, что было бы легко привести обильные доказательства от писателей первого века относительно того, какие мемуары о нашем Господе, если таковые имелись, были в церквях во время написания Плинием своего знаменитого письма. Однако это не так.

Не существует прямого исторического свидетельства, которое было бы известно как более раннее, чем первая апология [3] Иустина Мученика римскому императору, ок. 139 г. н.э. Существуют определенные фрагменты, написанные Папием, епископом Иерапольским, которые могут быть более ранней даты, но это неточно. Существуют также цитаты, по-видимому, из третьего и четвертого Евангелий, сделанные Василидом [4], гностическим еретиком, который процветал в Александрии еще в 125 г. н.э. Существует послание к Филиппийской церкви, приписываемое Поликарпу, которое декан Стэнли датирует примерно 130 г. н.э. Его подлинность не является общепризнанной. Существует послание, признанное подлинным, от церкви в Риме к церкви в Коринфе, вероятная дата которого — 95 г. н.э. Существуют послания, приписываемые некоторыми Игнатию, который принял мученическую смерть ок. 107 г. н.э., но их подлинность оспаривается. Кроме того, существуют три других писания, известные как Послание Варнавы, Послание к Диогнету и Пастырь Ерма. Они принадлежат неизвестным авторам и имеют неопределенную дату, но, вероятно, были написаны во второй половине первого или первой половине второго века.

И это все, что дошло до нас в какой-либо форме за первые сто лет после распятия. То, что у нас нет большего, легко объяснимо. Этот период был временем интенсивной деятельности и жестоких преследований. Пять (как некоторые их считают) из десяти всеобщих преследований пришлись на этот период. Первое было при Нероне в 64 г. н.э., второе при Домициане в 95 г. н.э., третье при Траяне в 100 г. н.э., четвертое при Антонине Философе и пятое при Севере в 127 г. н.э.; и, поскольку некоторые из них длились несколько лет, в течение трех четвертей века почти не было перерывов. Ужасные пытки и жестокие смерти при Нероне хорошо известны, а при Домициане, как полагают, сорок тысяч человек приняли мученическую смерть.

Поэтому неудивительно, что так мало дошло до нас из этого раннего периода. Христиане творили историю, а не писали ее, и большинство их писаний погибло. Были сотни и тысячи тех, кто хорошо знал, какие мемуары о нашем Господе были приняты церквями в этот период, и из чьих уст не исходит ни звука, кроме как в томе всеобщей традиции.

[1] Ренан, «Жизнь Иисуса», стр. 43.

[2] «Старая вера и новая» (1874), стр. 45.

[A] См. также далее, гл. 18.

[3] 138 или 139 г. н.э. — дата, наиболее часто приписываемая этой важнейшей работе, хотя некоторые относят ее к 150 г. н.э. Если бы его утверждение в ней о том, что «Христос родился 150 лет назад», воспринимать буквально, это датировало бы ее 146 или 144 г. н.э., в зависимости от того, допускаем ли мы четыре или шесть лет ошибки для начала истинной христианской эры; но он мог использовать это число в общем смысле. Его мученическая смерть датируется по-разному: 165 и 167 гг. н.э.

[4] То, что цитаты принадлежали самому Василиду, рассуждение Мэтью Арнольда кажется вполне удовлетворительным, и «никто», говорит он, «у кого нет теории для обслуживания, никогда не стал бы сомневаться в этом». Возможно, позволительно считать Мэтью Арнольда «ученым»; см. Эббот, «Четвертое Евангелие», Бостон (1880), стр. 86. См. также далее, гл. 5.

[5] «Теологический словарь» Бака и том VII «Циклопедии» Макклинтока и Стронга, стр. 966.

ГЛАВА II. ПРИЗНАНИЯ И ПРЕЗУМПЦИИ.

При наличии несколько скудных и неубедительных доказательств из писаний первых ста лет после распятия, существуют ли какие-либо факты, которые признаются, и какие-либо презумпции, вытекающие из них? Существуют уступки, и по каким мотивам — не имеет значения, поскольку нет сомнений в существовании фактов, которые признаются даже теми, кто отрицает аутентичность Евангелий. Ренан [1] говорит: «Ни малейшего сомнения не было поднято серьезной критикой против аутентичности Послания к Галатам, двух Посланий к Коринфянам или Послания к Римлянам; в то время как аргументы, на которых основаны нападки на два Послания к Фессалоникийцам и Послание к Филиппийцам, не имеют ценности». И можно добавить, что подлинность Книги Откровения признается и отстаивается большинством людей его образа мыслей.

Теперь, исходя из четырех Посланий, против аутентичности которых «не было поднято ни малейшего сомнения серьезной критикой», и писаний Иосифа Флавия, Тацита и Плиния, эти факты установлены так же прочно, как могут быть установлены любые исторические факты: Иисус Христос родился в Иудее во дни Ирода и был распят при Понтии Пилате. Он был необычайной личностью и чудесным учителем. Он собрал учеников, из которых двенадцать были названы Апостолами. После Его смерти Его последователи были объединены в многочисленные церкви, которые за несколько лет распространились во все части тогда известного мира и непрерывная преемственность которых существует до сих пор. Если из учений их последователей мы знаем что-то о жизни и учениях Конфуция и Сократа, мы должны ожидать того же в отношении Того, чье пришествие произвело революцию в мире, в течение трех столетий опрокинуло старые языческие суеверия по всей Римской империи и до сих пор является величайшей моральной силой самых просвещенных наций земли. Но если в те первые сто лет после Его распятия существовали какие-либо принятые мемуары о Нем, что с ними стало? Невероятно, чтобы они исчезли из существования, и не осталось бы никакой истории или традиции об этом. Невероятно, чтобы они были потеряны для церквей, имеющих непрерывную жизнь, или чтобы другие были подставлены вместо них, и не осталось бы никаких следов их исчезновения или замены. В церквях в любой период старые и молодые были вместе. Как тогда было возможно вытеснение и замена без протеста? Как была возможна потеря принятых мемуаров, пока существовала непрерывная преемственность учителей? И все же до нашего времени не дошло ничего, кроме тех, которые дошли до нас через все века как аутентичные писания тех, чьи имена они носят.

По закону «выживания наиболее приспособленных» все другие произведения, претендующие на такой характер, давно погибли, от них остались лишь фрагменты, а наши четыре Евангелия находятся в церквях. Поэтому, для начала, существует сильнейшая презумпция в их пользу. «Это, — говорит профессор Гринлиф [2], — дело оппонента — показать их подложными; ибо на нем, по самым простым правилам права, лежит бремя доказывания». И из того, что появилось, ясно, что это «бремя» очень тяжелое. [3]

[1] Ренан, «Жизнь Иисуса», стр. 35.

[2] «Свидетельство четырех евангелистов» (стр. 28, раздел 10), Саймон Гринлиф, доктор права, 1846 г. Его стандартная работа по доказательствам есть в библиотеке каждого юриста.

[3] См. также далее, гл. 8.

ГЛАВА III. ПАПИЙ И ИУСТИН МУЧЕНИК.

Факт раннего принятия церквями Мемуаров Христа, считавшихся аутентичными, вероятный сам по себе без всяких доказательств, убедительно подтверждается писаниями, к которым была сделана отсылка, в частности, трудами Папия и Иустина Мученика.

Папий был епископом Иерапольским во Фригии в первой половине второго века христианской эры. Хотя он обладал умеренными способностями и придерживался экстравагантных идей о тысячелетнем царстве, он был совершенно честен, и нет причин сомневаться в его свидетельстве относительно того, что ему говорили о Матфее и Марке. Он принял мученическую смерть около 163 г. н.э. Из фрагментов его писаний, найденных у Евсевия и в трудах Иринея, следует, что «Иоанн Пресвитер» дал ему информацию относительно первого и второго Евангелий.

Существует различие во мнениях относительно того, был ли этот Иоанн Иоанном Апостолом. Евсевий считал, что нет, и говорит, что в его дни (264-340) в Эфесе было две гробницы, обе из которых назывались гробницами Иоанна. Вопрос об идентичности не очень существенен. Папий дает в объяснение, что он воображал, будто «то, что можно было получить из книг» о Господе, было для него не так полезно, «как то, что исходило от живого и пребывающего голоса». По этой причине, говорит он: «Если же приходил кто-либо, кто следовал за старцами, я досконально расспрашивал о их изречениях: что говорили Андрей или Петр, или что было сказано Филиппом, или Фомой, или Иаковом, или Иоанном, или Матфеем, или кем-либо другим из учеников Господа [1], что говорят Аристион и пресвитер Иоанн, ученики Господа».

Из этого ясно, что тогда существовали аккредитованные «книги» о нашем Господе. И две из этих книг идентифицируются его утверждением о том, что ему сказал пресвитер Иоанн: «Марк, став толкователем Петра, точно записал все, что помнил из наставлений Петра», которого он сопровождал (однако не в точном порядке он излагал изречения или дела Христа), «и Матфей составил изречения на еврейском языке, и каждый толковал их, как мог». Эти отрывки доказывают, что первое и второе Евангелия существовали не только тогда, когда писал Папий и когда пресвитер давал ему информацию, но и некоторое время до этого. Его информатор, если не был Иоанном Апостолом, должен был быть тем, кто видел Апостолов или некоторых из них, так что свидетельство является очень прямым.

То, что Папий не упоминает Евангелие от Луки или Евангелие от Иоанна, ничего не доказывает, кроме того, что у него не было повода говорить о них в этой связи. Четвертое Евангелие, возможно, не было написано во время беседы с пресвитером, ибо Апостол Иоанн жил примерно до 100 года, и он написал свое Евангелие очень поздно в жизни. Оно не цитируется Климентом.

А что касается третьего Евангелия, повод для его написания четко изложен самим автором, который был хорошо известен. И так же с четвертым Евангелием; его авторство скромно, но ясно проявляется на его лице. У нас есть лишь фрагменты от Папия, не превышающие двух или трех сотен строк в общей сложности. В некоторых из его пяти книг (почти все из которых были утеряны) могли быть ссылки как на Луку, так и на Иоанна. Евсевий [2] утверждает, что Папий использовал свидетельства из первого послания Иоанна; но поскольку он не говорит, что Папий приписывал это послание Иоанну, его использование лишь доказывает, что оно существовало, когда он писал. Однако в одном из этих фрагментов (v) есть цитата: «В доме Отца Моего обителей много», которая буквально совпадает с Иоанна 14:2, и, следовательно, предположительно была взята из него. Интересен тот факт, что единственные цитаты, помимо этой, сделанные Папием (если те, что в этом фрагменте, действительно принадлежат ему), совпадают со стихами с 25 по 28 15-й главы Первого послания к Коринфянам, главе, которая, как будет обнаружено, имеет большой вес в другой части этой дискуссии.

Папий, следовательно, вероятно [3] цитирует четвертое Евангелие. Но без такой цитаты нельзя было бы сделать вывод против Луки или Иоанна на основании простого молчания. Папий все равно подтвердил бы первое и второе Евангелия, оставив третье и четвертое стоять на презумпции в их пользу, изложенной в нашей последней главе, и на положительных доказательствах из других источников.

[1] Цитаты из Папия взяты из тома I «Ante-Nicene Christian Library», переведенного преподобным Александром Робертсом, доктором богословия, и Джеймсом Дональдсоном, доктором права; так же и в отношении любого из Апостольских отцов. Редакторы говорят, что слова «которые вещи и т.д.» обычно переводятся как «что говорят Аристион и Иоанн», и что такой перевод допустим, но что они более естественно означают, что Иоанн и Аристион даже во время написания Иустином рассказывали ему об изречениях Господа.

[2] Евсевий, кн. III, гл. 39.

[3] Редакторы называют это «простым гаданием» (Ante-Nicene Christian Library, том I, стр. 444, примечание). Евсевий не упоминает об этом, хотя его молчание не является окончательным доказательством против этого.

Вопрос имеет достаточную важность, чтобы оправдать приведение всего отрывка из Иринея, в котором появляются цитаты. Это последняя из пяти коротких глав его работы «Против ересей». Определенные отрывки напечатаны курсивом, которые читателя специально просят рассмотреть: «Как говорят пресвитеры, тогда те, кто был признан достойным обители на небесах, пойдут туда, другие будут наслаждаться радостями Рая, а другие будут обладать великолепием города, ибо повсюду будет виден Спаситель, согласно тому, как будут достойны те, кто видит Его. Но есть различие между обитанием тех, кто приносит стократный плод, и тех, кто приносит шестидесятикратный, и тех, кто приносит тридцатикратный; ибо первые будут взяты на небеса, второй класс будет жить в Раю, а последний будет населять город; и что по этой причине Господь сказал: «В доме Отца Моего обителей много»; ибо все принадлежит Богу, Который снабжает всех подходящим жилищем, даже как говорит Его слово, что доля дается всем Отцом, согласно тому, как каждый есть или будет достоин. И это ложе, на котором возлягут те, кто пирует, будучи приглашенными на свадьбу. Пресвитеры, ученики Апостолов, говорят, что такова градация и устройство тех, кто спасен, и что они продвигаются через ступени такого рода; и что, более того, они восходят через Духа к Сыну, и через Сына к Отцу; и что в должное время Сын уступит Свою работу Отцу, даже как сказано Апостолом: «Ибо Ему надлежит царствовать, доколе не низложит всех врагов под ноги Свои. Последний же враг истребится — смерть». Ибо во времена царства праведник, который на земле, забудет умирать. Но когда Он говорит, что все подчинено Ему, очевидно, что Он исключен, Который подчинил Ему все. И когда все будет покорено Ему, тогда и Сам Сын покорится Тому, Кто покорил Ему все, да будет Бог все во всем». Поскольку нет вопроса о подлинности этого отрывка из Иринея, кем были сделаны цитаты, найденные в нем? Теперь, хотя возможно, что они были сделаны Иринеем, чтобы проиллюстрировать то, что утверждали «пресвитеры, ученики Апостолов», более очевидная и естественная интерпретация заключается в том, что они были процитированы самими этими пресвитерами. Будучи так, не имеет большого значения, получил ли Ириней эту информацию об этих взглядах и цитатах от Папия (от которого он получил подобную информацию по другим предметам относительно изречений пресвитеров), или Ириней получил эту информацию об их изречениях из других источников. В любом случае цитаты были сделаны либо Папием, его современниками или предшественниками, «учениками Апостолов». И такого мнения придерживаются Чартерис (Canonicity, гл. 17 Введения), и Рут, Тишендорф, Уэсткотт, Дорнер и Риггенбах, как цитируется в «Supernatural Religion», стр. 604.

ГЛАВА IV. МЕМУАРЫ, ИМЕЮЩИЕСЯ В ВИДУ ИУСТИНОМ МУЧЕНИКОМ. [1]

Большое значение придается им в связи с другими фактами.

Дата рождения Иустина неопределенна, ее помещают как в 85 г. н.э., так и в 114 г. н.э.; преподобный г-н Райт говорит около 100 г. н.э. Его мученическая смерть была около 165 г. н.э. Его отец и дед, вероятно, были римского происхождения. До своего обращения в христианство он учился в школах философов, но после этого стал Евангелистом и энергичным писателем в защиту христианской веры. Вероятно, он много путешествовал. Он был не первым, кто написал Апологию христиан, но его — самые ранние из сохранившихся. Помимо них, он написал гораздо более крупную работу (Диалог с Трифоном, иудеем), работу о воскресении и некоторые другие; и некоторыми он считался автором Пастыря Ерма. Его первая и главная Апология, вероятной даты 138-9 гг. н.э., была адресована следующим образом:

«Императору Титу Элию Адриану Антонину Пию Августу Цезарю, и его сыну Вериссиму, философу, и Луцию, философу, естественному сыну Цезаря и усыновленному сыну Пия, любителю обучения, и Священному Сенату, со всем народом римлян, я, Иустин, сын Приска и внук Бакхия, уроженец Флавия Неаполиса в Палестине, представляю это обращение и петицию от имени тех всех народов, которые несправедливо ненавидимы и бессмысленно оскорбляемы, будучи одним из них».

От тех, кому был сделан этот формальный адрес, нельзя было ожидать, что они знают что-либо о Матфее, Марке, Луке или Иоанне; но иначе обстояло дело в отношении Ветхого Завета, ибо иудейские синагоги были в каждом городе, и Септуагинта была известна триста лет.

В этой Апологии он объясняет некоторые учения нашего Господа и обычаи Его учеников; и в отношении последних приводятся эти отрывки:

«Ибо Апостолы в составленных ими мемуарах, которые называются Евангелиями, таким образом передали нам то, что было заповедано им; что Иисус взял хлеб и, возблагодарив, сказал: «Сие творите в Мое воспоминание, сие есть тело Мое»; и что, таким же образом взяв чашу и возблагодарив, Он сказал: «Сия есть кровь Моя»; и Он дал ее им одним»... «И мы впоследствии постоянно напоминаем друг другу об этих вещах. И состоятельные среди нас помогают нуждающимся; и мы всегда держимся вместе; и за все, чем мы снабжены, мы благословляем Создателя всего через Его Сына Иисуса Христа и через Святого Духа. И в день, называемый воскресеньем, все, кто живет в городах или в деревнях, собираются в одно место, и читаются Мемуары Апостолов или писания Пророков, сколько позволяет время; затем, когда чтец заканчивает, президент устно наставляет и призывает к подражанию этим добрым вещам. Затем мы все встаем вместе и молимся, и, как мы сказали ранее, когда наша молитва окончена, приносятся хлеб, вино и вода, и президент таким же образом возносит молитвы и благодарения по своей способности, и народ соглашается, говоря Аминь; и происходит раздача каждому, и участие в том, над чем были вознесены благодарения, и тем, кто отсутствует, часть посылается диаконами. И те, кто состоятелен и желает, дают, что каждый считает нужным; и то, что собрано, передается президенту, который помогает сиротам и вдовам, и тем, кто по болезни или по любой другой причине находится в нужде, и тем, кто в узах, и странникам, пребывающим среди нас, и, одним словом, заботится обо всех, кто в нужде. Но воскресенье — это день, в который мы все проводим наше общее собрание, потому что это первый день, в который Бог, совершив изменение во тьме и материи, сотворил мир; и Иисус Христос, наш Спаситель, в тот же день воскрес из мертвых. Ибо Он был распят в день перед днем Сатурна (субботой): и в день после дня Сатурна, который есть день Солнца, явившись Своим апостолам и ученикам, Он научил их этим вещам, которые мы представили и вам для вашего рассмотрения».

Этот отрывок является частью шестьдесят шестой главы и всей шестьдесят седьмой главы.

Великий вопрос: что это были за «Мемуары Апостолов», которые таким образом читались вместе с писаниями Пророков? Это вопрос интерпретации.

Согласно правилу, принятому в судах, эти слова должны толковаться в контексте и в связи с другими писаниями Иустина относительно того же предмета, а также в свете всех окружающих обстоятельств.

Эти точные термины впервые используются в шестьдесят седьмой главе. Те же Мемуары, очевидно, в шестьдесят шестой главе описываются как Мемуары, «составленные» Апостолами. Они больше не упоминаются в этой Апологии. Они упоминаются несколько раз в Диалоге, главы со сто первой по сто восьмую, следующими терминами: Мемуары Его Апостолов; Мемуары Его Апостолов; Мемуары Его Апостолов; Мемуары Апостолов; Ибо в Мемуарах, которые, как я говорю, были составлены Его Апостолами и теми, кто последовал за ними; Мемуары Его Апостолов; Мемуары; Мемуары; Мемуары; Мемуары Апостолов; Мемуары Его, т.е. Христа, как интерпретируют Робертс и Дональдсон [2], и как указывают контекст и весь объем.

Ясно, что одни и те же «Мемуары» имеются в виду повсюду под этими различными терминами.

В восемьдесят восьмой главе Диалога, упоминая сошествие Святого Духа на Иисуса при Его крещении, Иустин говорит, что когда Он вышел из воды, Святой Дух сошел на Него, как голубь, как «написал Апостол этого самого Христа нашего». Этот инцидент упоминается во всех четырех Евангелиях.

Но если бы не его объяснение в другом месте, можно было бы сделать вывод, что все «Мемуары» были «составлены» Апостолами. Но он тщательно объясняет свое значение, так что «Мемуары», или некоторые из них, могли быть «составлены» либо Апостолами, либо теми, кто последовал за ними.

Очевидно, что эти Мемуары были не биографиями или очерками неизвестных или безответственных лиц, а писаниями, хорошо понятными Церквям как «составленные» или «написанные» Апостолами или с их одобрения.

Поскольку Марк понимался как толкователь Петра, так Лука понимался как спутник Павла, написавший под его санкцией. А Павел был Апостолом, хотя и не из двенадцати.

Иустин проинформировал римского императора [3] об Апостолах, и он дал такую же информацию Трифону [3]. Он имел в виду, чтобы все, кто будет читать, знали, что то, что он дал о жизни и учениях Христа, было не из безответственных источников, а из писаний, прямо санкционированных, если не фактически написанных, теми, кого Христос выбрал в качестве свидетелей.

Эти Мемуары, следовательно, несомненно, понимались Иустином и церковью в целом, в городе и деревне, как произведения Апостолов или их спутников. Они читались так же, как Пророки, и ставились на ту же ступень. Иустин, в письме к Трифону, говорит о том, что поверил голосу Бога, сказанному апостолами Христа.

И поскольку, говоря об их фактическом составе, он использует множественное число «Апостолы», мы должны искать два или более Мемуаров, «составленных» Апостолами.

Теперь, что это были за Мемуары? Какие писания ответят на описание? Матфей [4] и Марк ответят, согласно тому, что пресвитер сказал о них. Были ли другие? Должен быть по крайней мере еще один, который был написан Апостолом, иначе зачем множественное число? Четыре Евангелия, которые дошли до нас, отвечают описанию во всех деталях. Используя юридическую фразу: «С тех пор, как память человеческая не помнит противного», два из них были приняты в Церкви как составленные Апостолами, а два — спутниками Апостолов.

Если нельзя показать, что когда Иустин писал, существовали другие Мемуары Христа, которые отвечают его описанию, то имелись в виду наши четыре Евангелия и никакие другие. Были ли какие-либо помимо них?

[1] Цитаты из Иустина Мученика взяты из тома II «Ante-Nicene Christian Library», под редакцией Робертса и Дональдсона.

[2] См. далее, гл. 7, примечание 14.

[3] «Ибо из Иерусалима вышли в мир люди, числом двенадцать... которые провозгласили каждому роду людей, что они были посланы Христом учить всех слову Божьему» (Ап. гл. 39). «И теми вещами, которые были опубликованы во имя Его среди всех народов Апостолами» (там же, гл. 42). «Его Апостолы, выйдя из Иерусалима, проповедовали повсюду» (там же, гл. 45). «И далее, был с нами некий человек, имя которого Иоанн, один из Апостолов Христа» (Диалог, гл. 81). «Ибо как он (Авраам) поверил голосу Бога, и это было вменено ему в праведность, таким же образом мы, поверив голосу Бога, сказанному Апостолами Христа и провозглашенному нам пророками, отреклись даже до смерти от всех вещей мира» (там же, гл. 119).

[4] Писатель Варнавы, цитируя как в Матфея 20:16, использовал авторитетную латинскую формулу (написано) для цитат из Писания следующим образом: «Будем остерегаться, чтобы не оказаться, как написано: «Много званых, но мало избранных» (Послание Варнавы, гл. 4).

ГЛАВА V. ЦИТАТЫ И ССЫЛКИ.

Очевидное или кажущееся использование наших Евангелий Иустином и его современниками является фактом большого веса в определении того, являются ли они «Мемуарами», на которые он ссылается.

Согласно указателям текстов ученых редакторов «Ante-Nicene Christian Library», Евангелие от Иоанна цитируется или упоминается дважды в Варнаве, один раз в Диогнете, дважды у Ерма, один раз Иустином и один раз Папием. Марк цитируется или упоминается один раз в Варнаве, дважды Климентом, трижды Иустином и один раз Поликарпом: Деяния цитируются или упоминаются один раз в Варнаве, один раз Климентом, один раз Иустином и четыре раза Поликарпом: Лука цитируется или упоминается трижды в Варнаве, трижды Климентом, один раз у Ерма, четырнадцать раз Иустином и дважды Поликарпом: а Матфей цитируется или упоминается шесть раз в Варнаве, пять раз Климентом, дважды в Диогнете, девять раз у Ерма, сорок семь раз Иустином и семь раз Поликарпом.

Что касается ссылок, отрывки, считающиеся таковыми одним, могли быть упущены или рассматриваться иначе другим, так что нет полного согласия относительно количества ссылок, т.е. намеков или отсылок, которые не являются цитатами. И следует понимать, что в цитатах книги, из которых они взяты, не указываются, за исключением того, что Иустин указывает, что его, в общем, взяты из «Мемуаров». Их согласие с нашими Евангелиями иногда буквально точно, довольно часто иначе; и нередко два или три отрывка кажутся смешанными, как если бы автор цитировал по памяти и передавал только смысл.

Для целей аргументации будет достаточно привести примеры (за исключением четвертого Евангелия) только из Иустина и опустить его цитаты из Матфея и Марка, поскольку они столь многочисленны и немало из них значительной длины. О его ссылках преподобный г-н Райт говорит [1]: «При изучении обнаруживается, что из ста двадцати или более намеков, которые Иустин делает на евангельскую историю, почти все совпадают по существу с утверждениями либо Матфея, либо Луки. Из шестидесяти или семидесяти по-видимому прямых цитат десять точны, двадцать пять лишь слегка варьируются, в то время как есть тридцать два, в которых вариация значительна. Но что касается вариаций от оригинала в цитировании, следует помнить, что знакомство часто ведет к небрежности в отношении мелких моментов. Иустин сам, из ста шестидесяти двух цитат из Ветхого Завета, имеет только шестьдесят четыре точных, в то время как сорок четыре слегка варьируются, а пятьдесят четыре определенно так».

Если читатель с Новым Заветом в руках проведет сравнение в примерах, которые будут приведены, он сможет сформировать собственное суждение, которое, как полагают, не будет сомнительным. Существенное согласие очень поразительно, даже когда язык не идентичен.

ИУСТИН ИЗ ДЕЯНИЙ.

«Он был взят на небо, пока они смотрели». (Воскр., гл. 9.) Деяния 1:9.

ИЗ МАРКА.

«Но не абсурдно ли говорить, что эти члены будут существовать после воскресения из мертвых, поскольку Спаситель сказал: «Они ни женятся, ни выходят замуж, но будут как ангелы на небесах»». (Воскр., гл. 2.) Марка 12:25.

«И что мы должны поклоняться одному Богу, Он так убеждает нас: «Величайшая заповедь: «Господу Богу твоему поклоняйся и Ему одному служи всем сердцем твоим, и всей силой твоей Господь Бог, сотворивший тебя»»». (Ап. гл. 16.) Марка 12:30.

«Он говорит: «Я пришел призвать не праведников, но грешников к покаянию»». (Воскр., гл. 8.) Марка 2:17.

ИЗ ЛУКИ.

Первые три являются частями длинных цитат из Нагорной проповеди, главным образом как у Матфея (Ап. гл. 15, 16) Луки 6:28, 29 и Матфея 6:7, 8, 13.

4. «Мы убеждены, что каждый человек... даст отчет согласно силе, которую он получил от Бога, как намекнул Христос, когда сказал: «Кому Бог дал больше, с того больше взыщется»». (Ап. гл. 17.) Луки 12:48.

5. «И ангел Божий, посланный к той же деве в то время, принес ей благую весть, говоря: «Вот, ты зачнешь от Святого Духа и родишь сына, и Он будет наречен Сыном Всевышнего. И ты наречешь имя Ему Иисус, ибо Он спасет народ Свой от грехов их», как учили те, кто записал [2] все, что касается нашего Спасителя Иисуса Христа, в Которого мы верим, поскольку и через Исайю, которого мы теперь привели, Дух пророчества объявил, что Он должен родиться, как мы намекали ранее». (Ап. гл. 33.) Луки 1:31, 32 и Матфея 1:21.

6. «Как говорит Сам наш Господь: «Слушающий Меня слушает Пославшего Меня»». (Ап. гл. 63.) Луки 10:16.

7. «И снова другими словами Он сказал: «Я даю вам власть наступать на змей и скорпионов, и на сколопендр, и на всю силу вражью»». (Диалог, гл. 76.) Луки 10:19.

8. «Ибо Он воскликнул перед Своим распятием: «Сыну Человеческому надлежит много пострадать, и быть отверженным книжниками и фарисеями, и быть распятым, и в третий день воскреснуть»». (Диалог, гл. 76.) Луки 9:22.

9. «Точно так же, как сказал наш Господь: «Они ни женятся, ни выходят замуж, но будут равны ангелам, детям Бога воскресения»». (Диалог, гл. 81.) Луки 20:35, 36.

10. «Ибо Он научил нас молиться и за наших врагов, говоря: «Любите врагов ваших; будьте добры и милосердны, как Отец ваш небесный», ибо мы видим, что Всемогущий Бог добр и милосерден, повелевая солнцу Своему восходить над неблагодарными и праведными, и посылая дождь на святых и на злых». (Диалог, гл. 96.) Луки 6:35 и Матфея 5:45.

11. «Но Дева Мария приняла веру и радость, когда ангел Гавриил возвестил ей благую весть, что Дух Господень сойдет на нее и сила Всевышнего осенит ее; посему и Святое, рождаемое от нее, есть Сын Божий; и она ответила: «Да будет мне по слову твоему»». (Диалог, гл. 100.) Луки 1:35, 38.

12. «Ибо когда Христос отдавал Свой дух на кресте, Он сказал: «Отче, в руки Твои предаю дух Мой», как я узнал также из Мемуаров». (Диалог, гл. 105.) Луки 23:46.

13. «Он говорит: “Дети века сего женятся и выходят замуж; а сподобившиеся достигнуть того века и воскресения из мертвых ни женятся, ни замуж не выходят, но будут как Ангелы на небесах”». (О воскресении, гл. 3.) Лк. 20:34, 35.

14. «И желая подтвердить это, когда ученики Его не знали, верить ли, что Он истинно воскрес во плоти, и смотрели на Него, и сомневались, Он сказал им: “Вы еще не имеете веры, посмотрите, что это Я”, и дал им осязать Себя, и показал им следы от гвоздей на руках Своих. И когда они всякого рода доказательствами убедились, что это Он Сам и во плоти, они просили Его поесть с ними, чтобы таким образом еще точнее удостовериться, что Он воистину воскрес телесно; и Он ел сотовый мед и рыбу. И когда Он таким образом показал им, что воистину существует воскресение плоти, и желая показать им также, что для плоти не невозможно вознестись на небо (как Он говорил, что наше жилище на небесах), “Он вознесся на небо, когда они смотрели”, будучи во плоти». (О воскресении, гл. 9.) Лк. 24:38, 39, 40, 41, 42, 43 и Деян. 1:9.

Прежде чем представить Иустина, будет рассмотрено использование Четвертого Евангелия его современниками.

У Варнавы (гл. 6) сказано, что «Ему надлежало явиться во плоти и пребывать среди нас». (Ср. Ин. 1:14.) Также в гл. 12, по сути, говорится, что медный змей был прообразом Иисуса. (Ср. Ин. 3:14-18.) Другой отрывок в гл. 7, хотя и не процитированный редакторами, гласит: «Ибо тогда они увидят Его в тот день, имеющего багряную одежду на теле Своем до самых ног; и скажут: “не тот ли это, Кого мы некогда презирали, и пронзили, и насмехались, и распяли?”» Это могло относиться к тому, что записано только у Иоанна, как впоследствии писал Аполлинарий [3], епископ Иерапольский (ок. 170 г. по Р.Х.): «Сын Божий, пронзенный в священный бок, изливший из бока Своего два очищающих начала: воду и кровь, Слово и Дух».

В «Послании к Диогнету», гл. 6, сказано, что «христиане живут в мире, но не от мира». (Ср. Ин. 17:11, 14, 16.) В гл. 11 сказано: «Это Тот, Который был от начала» (Ср. Ин. 1:1); и в той же главе: «Ибо кто, будучи правильно наставлен и рожден возлюбленным Словом, не стремился бы точно узнать то, что было ясно показано Словом Его ученикам, которым Слово, явившись, открыло их». (Ср. Ин. 1:14, 18.) В этом красноречивом послании есть лишь одна цитата, которая соответствует 1 Кор. 8:1: «Знание надмевает, а любовь назидает».

Только Иоанн говорит о Христе как о двери, но этот образ часто используется у Ерма, например: «Ты видел, — добавил он, — множество тех, кто строил башню? Я видел их, господин, — сказал я. Это, сказал он, все славные ангелы, и ими, соответственно, окружен Господь. А врата — это Сын Божий. Это единственный вход к Господу. Никаким иным путем, следовательно, никто не войдет к Нему, кроме как через Его Сына». (Подобия, 9:12.) Ин. 10. Эта книга Ерма — аллегория, в которой ангел в образе пастыря дает наставления в доктринах и обязанностях, которые соблюдались и требовались Церковью. В ней нет ни одной цитаты ни из Ветхого, ни из Нового Завета. Но, как справедливо отмечает д-р Чартис в «Каноничности» (с. 137): «Достоинство, миссия и страдания Сына Божьего занимают видное место в учении Ерма и на каждом шагу напоминают нам о Четвертом Евангелии».

Предполагаемая цитата Папия, фрагмент 5 (найденный у Иринея Лионского), «В доме Отца Моего обителей много», была приведена в предыдущей главе. [A]

Василид, согласно Ипполиту, использовал в качестве доказательных текстов точные отрывки, найденные в Ин. 1:9 и Ин. 2:4. Ипполит сначала записывает комментарии Василида к предложению из Книги Бытия «Да будет свет», а затем продолжает следующим образом: «И это, говорит он, есть то, что сказано в Евангелиях: “Свет истинный, который просвещает всякого человека, приходящего в мир”. И что каждая вещь, говорит он, имеет свои времена, Спаситель является достаточным свидетелем, когда говорит: “Еще не пришел час Мой”». Те, кто отрицает, что эти цитаты [4] принадлежали Василиду, утверждают, что Ипполит иногда смешивает мнения основателя школы с мнениями его последователей, и поэтому неясно, использовал ли Василид эти тексты. Ученый автор недавно опубликованной книги «Каноничность» (с. 173) заявляет, что трудности, связанные с приписыванием этих цитат кому-либо, кроме Василида, «огромны». Рассуждения Мэтью Арнольда (который весьма далек от того, чтобы быть строго ортодоксальным) настолько убедительны, что мы приводим их суть: «Если мы возьмем все сомнительные случаи такого рода и сравним их с нашим нынешним случаем, то обнаружим, что он не является одним из них. Неверно, что здесь, где только что упоминалось имя Василида и где с тех пор не было упоминаний ни о его сыне, ни о его учениках, существует какая-либо двусмысленность, подобная той, что встречается в других случаях... Автор в целом использует формулу “согласно им”, когда цитирует школу, и формулу “он говорит”, когда приводит изречения Учителя. И в данном конкретном случае он явно цитирует изречения Василида, и никому, у кого нет теории, которую нужно обслуживать, и в голову не пришло бы сомневаться в этом. Василид, следовательно, около сто двадцать пятого года нашей эры имел перед собой Четвертое Евангелие».

Послания Игнатия, будь то более длинные, более короткие или сирийские, могут быть слишком сомнительной аутентичности, или, скорее, степень их подлинности слишком сомнительна, чтобы на них полагаться, хотя некоторые из них содержат многочисленные цитаты.

[1] Логика христианских доказательств. Дж. Фредерик Райт, Андовер, 1880 г. по Р.Х., с. 190.

[2] Или, как перевел д-р Эббот, как «те, кто написал Воспоминания обо всем, что касается нашего Спасителя Иисуса Христа, в Которого мы веруем» и т.д. Четвертое Евангелие, с. 21.

[3] Как процитировано (с. 43) в «Сверхъестественном происхождении христианства». Джордж П. Фишер, профессор церковной истории в Йельском колледже (1870 г. по Р.Х.).

[A] Гл. 3.

[4] Судья Уэйт даже не ссылается на эти цитаты, кроме как для того, чтобы процитировать д-ра Дэвидсона в отношении Василида в целом, что «его предполагаемые цитаты из Нового Завета у Ипполита слишком ненадежны, чтобы им доверять». По-видимому, он ничего не знал о профессорах Арнольде и Фишере или д-ре Эбботе, не говоря уже о других весьма уважаемых авторах за последние десять лет, которые считали использование Четвертого Евангелия Василидом достаточно засвидетельствованным.

ГЛАВА VI. ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ИУСТИНОМ ЧЕТВЕРТОГО ЕВАНГЕЛИЯ.

Предсуществование Христа, не провозглашенное в других Евангелиях, часто упоминается Иустином [1]. Только Иоанн называет Иисуса Словом; Иустин часто ссылается на Него как на таковое. Иустин рассматривает воздвижение медного змея в пустыне как прообраз [2] распятия. Он говорит, что это означало спасение для тех, кто ищет убежища у Того, Кто послал Своего распятого Сына в мир; идея о том, что Бог послал Своего Сына в мир, свойственна Иоанну. Сошествие Святого Духа в виде голубя при крещении Иисуса упоминается только в Первом и Четвертом Евангелиях. Иустин (Диалог, гл. 88) говорит, что когда Иисус «вышел из воды, Святой Дух опустился на Него, как голубь, как писали Апостолы этого самого нашего Христа». Иустин (Диалог, гл. 88) цитирует слова Иоанна Крестителя: «Я не Христос, но глас вопиющего».

Это заявление «Я не Христос» и это применение к самому себе слов Исаии приписываются Крестителю только у Иоанна (Ин. 1:20, 23 и 3:28). Хильгенфельд, последний представитель скептической Тюбингенской школы, признает [3] здесь использование Четвертого Евангелия Иустином. А д-р Эзра Эббот, следуя профессору Драммонду, приводит двадцать [4] примеров (включая прямую цитату) явного или кажущегося использования этого Евангелия Иустином.

Прямая цитата, как в Ин. 3:3, 5, выглядит следующим образом: «Ибо Христос также сказал: “Если не родитесь свыше, не войдете в Царство Небесное”. Теперь, что невозможно для тех, кто однажды родился, войти в утробу своих матерей, очевидно для всех». (Апология, гл. 61.) Так переведено в «Доникейской христианской библиотеке». Д-р Эббот (с. 29) переводит это как «Если не родитесь свыше, вы никоим образом не войдете в Царство Небесное». Мэтью Арнольд: «Если не родитесь свыше, не войдете в Царство Небесное». Наша общепринятая версия: «Если кто не родится свыше, не может увидеть Царствия Божия»; и в стихе 5: «Если кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царствие Божие». Пересмотренная версия: «Если кто не родится заново» или «свыше» (на полях), «не может увидеть Царствия Божия». Существует существенное согласие цитаты с Евангелием от Иоанна и недвусмысленная отсылка к беседе с Никодимом, которая встречается только у Иоанна. Самый разумный вывод заключается в том, что она была из этого источника.

Иустин в этой цитате был столь же определен, как и тогда (Апология, гл. 32), когда писал: «Моисей же, который был первым из пророков, говорил этими самыми словами: “Не отойдет скипетр от Иуды, и законодатель от чресл его, доколе не придет Тот, Кому он предназначен; и Он будет ожиданием народов, привязывая осленка Своего к виноградной лозе, омывая одежду Свою в крови винограда”». (Ср. Быт. 49:10, 11.) Он не указывает, где находится этот отрывок, и его расхождение с Книгой Бытия больше, чем разница в словах Иисуса, процитированных Иустином и записанных Иоанном.

Иустин, цитируя Ветхий Завет, обычно называет имя пророка, но ничего более; точно так же, как он приводит эту цитату как слова Христа. Он пишет: «Моисей сказал» или «Исаия сказал», и он также пишет: «Христос сказал».

Другие Апостольские отцы в своих цитатах из Ветхого Завета обычно не называют имя пророка, а используют лишь: «Написано», «Бог сказал», «Дух говорит», «Писание говорит», а часто только «говорит», при этом «Писание» в таких случаях подразумевается. И, как правило, они не цитируют с буквальной точностью или близким приближением к ней.

Возражали, что если эта цитата была действительно из Четвертого Евангелия, то следовало бы ожидать больше, чем одну цитату из него. Давайте проверим это на четырех посланиях, признанных подлинными. У Иустина нет ни одной цитаты из любого из этих признанных посланий, и сомнительно, есть ли хотя бы одна ссылка на них, во всяком случае, не в его «Апологии».

И это еще не все. Послание к Галатам (а Ренан говорит: «Благодаря Посланию к Галатам!») никоим образом не упоминается Климентом, или у Варнавы, или у Ерма; ни Первое послание к Коринфянам у Варнавы или Ерма (и лишь однажды в «Послании к Диогнету»); ни Послание к Римлянам у Ерма; ни Откровение у Варнавы, или в «Послании к Диогнету», или у Поликарпа, и лишь однажды Климентом.

Чтобы объяснить молчание Иустина, вообразили, без малейших доказательств, что Иустин был «антипавлинистом». Но как объяснить пропуски у других авторов? Как случилось, что Климент не сослался на Послание к Галатам? Конечно, не из враждебности, ибо он говорит о «блаженном Апостоле Павле». Тем не менее, написав это послание от церкви в Риме к церкви в Коринфе, он имеет лишь одну цитату из Послания Павла к Римлянам и лишь одну цитату из Первого послания Павла к Коринфянам, и ни одной ссылки на Послание к Галатам.

Следует помнить об известном различии, применяемом в судах и в других местах, между положительными и отрицательными доказательствами. Будет ли Евангелие от Иоанна процитировано каким-либо автором, знакомым с ним, может зависеть исключительно от его цели при написании; так же обстоит дело с Посланием к Галатам или любой из книг Нового Завета. В то время как одна несомненная цитата доказывает существование того, из чего цитируют, отсутствие цитирования может не доказывать вообще ничего.

У Иустина, по-видимому, есть одна цитата из Четвертого Евангелия со множеством подразумеваемых ссылок на него. Но если бы не было ни того, ни другого, делать вывод о его незнании этого Евангелия из его молчания было бы так же разумно, как делать вывод, что юрист никогда не слышал о Блэкстоне, Кенте или Стори, потому что он не цитировал их.

Если Иустин в своей «Апологии» процитировал один раз Марка и один раз Иоанна, и совсем не цитировал Деяния, или Откровение, или Послания Павла, то это потому, что его тема не требовала использования этих писаний, помимо того использования, которое он сделал из Марка и Иоанна. И если (как, по-видимому, и было) он процитировал Луку шесть раз, а Матфея восемнадцать раз в своей «Апологии», то это, несомненно, потому, что Матфей лучше служил его цели или был более прочно запечатлен в его памяти, поскольку он родился в Палестине, где было опубликовано Евангелие от Матфея.

Подобное объяснение объясняет тот факт, что Четвертое Евангелие не цитируется Поликарпом в его Послании к Филиппийцам. Он также не цитирует и не ссылается на Откровение.

Результат на данный момент таков: Четвертое Евангелие, по-видимому, цитируется Василидом, Иустином и Папием; и, кроме того, на него есть много подразумеваемых ссылок. Примерно такое же количество доказательств существует в отношении Марка и книги Деяний. Доказательства накапливаются в отношении Евангелия от Луки, а из Матфея цитаты и ссылки становятся очень многочисленными.

То, что эти цитаты и ссылки были подделками, — это идея, которую никто не может серьезно рассматривать. Существовали оригиналы, из которых были взяты цитаты; и предположительно, эти оригиналы были «Воспоминаниями», на которые так часто ссылается Иустин; и предположительно, наши Евангелия были этими «Воспоминаниями», поскольку они соответствуют описанию. И если не может быть показано, что тогда существовали другие писания, которые соответствовали бы описанию, то эта презумпция почти окончательна.

[1] Апология, гл. 5, 23, 32, 42, 50, 53, 63; Диалог, гл. 48, 57, 68, 76, 85, 100, 101.

[2] Апология, гл. 60; Диалог, гл. 7, 94, 140.

[3] Эббот, с. 45; Фишер, с. 39; Сирс, «Сердце Христа» (1873 г. по Р.Х.), с. 46-67.

[4] Эббот, с. 40-50.

ГЛАВА VII. ДРУГИЕ НЕ ДОКАЗАНЫ.

Последняя работа в этой стране, которая отрицает подлинность наших Евангелий, — это «История христианской религии до двухсотого года». (Чикаго, 1881.) Автор говорит, что это результат исследования, длившегося несколько лет, два из которых были проведены в библиотеке Конгресса, «которая особенно богата в отделе библейской литературы». Он утверждает, что его том «окажется самой полной записью событий, связанных с христианской религией в течение первых двух веков, которая когда-либо была представлена публике». Он не проявляет недостатка в способностях или желании создать как можно более сильное дело против наших Евангелий. И он понимает проблему. Ибо, говорит он, вопрос о том, какие Евангелия использовал Иустин, «имеет высочайшую важность». В этой работе, следовательно, если где-либо, должны быть доказательства других писаний, помимо наших Евангелий, которые отвечали бы требованиям случая. Но что мы находим? Он дает список из «сорока Евангелий» до указа Папы Геласия, 494 г. по Р.Х. Единственное удивление в том, что список не длиннее. Большая часть — это ныне существующие апокрифические Евангелия, Деяния и Откровения, которые можно найти в т. XVI «Доникейской христианской библиотеки». Много путаницы, говорит [1] д-р Эзра Эббот, возникло из-за того, что термин «Евангелие» в древние времена применялся к спекулятивным работам, которые давали взгляд автора на Евангелие, т.е. на учение Христа, или среди гностиков, которые излагали свой гнозис; например, среди последователей Василида, как говорит нам Ипполит: «Евангелие — это знание надмирных вещей». Обо всех апокрифических Евангелиях Сэмюэл Айвз Кертис, известный немецкий профессор Чикагской теологической семинарии, пишет [2]: —

«Я не буду тратить чернила или бумагу, чтобы доказать, что Протоевангелие, Евангелие детства, Деяния Пилата и т.д. в их нынешних формах, как они известны нам и как они процитированы судьей Уэйтом, возникли в более поздний период, чем наши канонические Евангелия»... «Знание первоисточников и литературы по предмету спасло бы его от этой жалкой ошибки. Я просто отсылаю к статье профессора Липсиуса об апокрифических Евангелиях в «Словаре христианской биографии» Смита и Уэйса, Лондон, 1880 г., т. II, с. 700 и сл.; и к «Апокрифам Нового Завета» Хольцмана в «Библейском лексиконе» Шенкеля, Лейпциг, 1869 г., т. I, с. 170 и сл. Поскольку ни одна из этих статей не написана ортодоксальными людьми или теми, кто имеет малейшую предвзятость в сторону ортодоксии, они призваны внушить доверие людям любого оттенка веры или неверия. Оба являются авторитетами; «Разговорный лексикон» Мейера говорит о профессоре Липсиусе из Йены, что он является одним из самых выдающихся ученых в Германии». (См. примечание 2.)

С этим совпадающим суждением самых выдающихся ученых не стоит тратить много времени на эти апокрифические книги. Но судья Уэйт приводит лишь одну цитату, которая, как он утверждает, была сделана Иустином из любого из них. И это (хотя и не встречается ни в одном отдельном отрывке в наших Евангелиях) может быть собрано из разных отрывков, что соответствовало бы методу Иустина. Это довольно близко, хотя и не точно, соответствует части [3] описания в Протоевангелии возвещения Марии. Но это доказывает использование Протоевангелия Иустином не больше, чем доказывает использование «Апологии» Иустина автором Протоевангелия. Помимо этой цитаты, есть несколько фактов, изложенных Иустином, которые, как утверждают некоторые люди, были взяты из апокрифических Евангелий. Один из них — то, что Иисус делал плуги и ярма, что Иустин, конечно, вывел бы из того факта, что частью работы плотника было делать плуги и ярма. Другой — то, что Иисус родился в пещере. Д-р Томпсон говорит [4]: «По меньшей мере, не невозможно, что помещение, в котором родился наш Спаситель, было отчасти пещерой. Я видел много таких, состоящих из одной или нескольких комнат перед пещерой и включающих ее, где держали скот». Иустин, который был уроженцем Иудеи, добавил обстоятельство, хорошо известное из предания, которое Лука не счел важным упомянуть, что ясли были в пещере, т.е. что хлев, в котором были ясли, находился в пещере. У него не было повода прибегать к книгам ради такого факта. Другой — то, что Иустин отсылает римского императора к «Деяниям Пилата» как к источнику доказательств того, что он изложил относительно распятия Христа и чудес, которые Он совершил. Согласно обычному ходу событий, Пилат должен был составить отчет о распятии. Предполагается, что он это сделал и что он был утерян или уничтожен. Иустин ссылается на него, как если бы он тогда находился в архивах правительства. Хорошо или плохо он был осведомлен по этому вопросу, документ, на который он ссылается, явно не понимался им как одно из «Воспоминаний» о Христе, «составленных» Апостолом или «спутником» Апостола. Ничего, что претендовало бы на отчет Пилата, не сохранилось. Апокрифическая книга, известная как Евангелие от Никодима или Деяния Пилата, не претендует на то, чтобы содержать [5] какой-либо такой отчет. Другой — то, что Иустин говорит, что Христос был из дома Давидова; факт, который Иисус Сам провозгласил [6] и который также упоминается в Деяниях. Единственный оставшийся факт в отношении предполагаемого использования Протоевангелия касается переписи [7]. Утверждается, что Иустин и Протоевангелие согласны в том, что она должна была проводиться только в Иудее. Но Иустин этого не утверждает. Также случается, что в то время как Иустин упоминает Кириния, Протоевангелие говорит только: «И был приказ от императора Августа, чтобы все в Вифлееме Иудейском были переписаны», не говоря ничего о Киринии. За этим следует абсурдная и бесполезная история о событиях по пути. У Иустина есть две ссылки на перепись, которые можно найти в примечании [8]. Иустин, заявляя, что в Иудее была перепись, не исключает идею о том, что она была более общей.